НИКОЛАЙ РЕРИХ. МИР ЧЕРЕЗ КУЛЬТУРУ.

Монография «Николай Рерих. Мир через Культуру» принадлежит перу известного латышского поэта и философа Рихарда Рудзитиса, долгие годы возглавлявшего Латвийское общество Рериха. Она повествует о жизни и творчестве великого художника Н. К. Рериха, о его борьбе за мир во всем мире. Значительное место в книге посвящено идее Рериха о защите культурных ценностей и объединении народов на пиве культурного сотрудничества под Знаменем Мира.

МИР ЧЕРЕЗ КУЛЬТУРУ

Имейте в себе соль;
и мир имейте между собою.

Мк. 9:50

Эта книга – о человеке, вся жизнь которого была молитвой – молитвой о мире всего мира. Все, к чему прикасалось сердце великого художника, звучало призывом к миру, культуре, единению. Николай Рерих «знал, что Мир всего мира не только возможен, но и есть тот великий спасительный магнит, к которому рано или поздно пристанут корабли путников. На разных языках, в разных концах земли повторяется и будет повторяться это священное моление», пока не наступит благословенный мир на всей земле.

Монография «Николай Рерих. Мир через Культуру», принадлежащая перу известного латышского поэта и философа Рихарда Рудзитиса, долгие годы возглавлявшего Латвийское общество Рериха, повествует о жизни и творчестве Николая Константиновича до второй мировой войны. К середине 30-х годов деятельность Рериха достигла апогея. Его картины и литературные труды приобрели широкую известность не только в России (это был период, когда на родине они скорее замалчивались), но и во всем мире. Он уже совершил труднейшую научную экспедицию по Центральной Азии и заканчивал вторую по Монголии и Маньчжурии. 17 ноября 1923 года в Нью-Йорке был открыт Музей его имени, в котором, кроме экспозиции сотен прекрасных картин, были и научно-исследовательские и просветительские организации, утверждающие в жизни его идеи мира, сотрудничества и братства народов. На всех континентах были известны Пакт и Знамя Мира, предложенные Николаем Константиновичем. Они, по словам Рериха, должны были дать «международный импульс к обороне всего самого драгоценного, чем живо человечество», спасти планету от насилия и войн. В то время уже ни для кого не было тайной стремление Гитлера и Сталина, а также Великобритании расширить свои владения и сферы влияния. Потому одним из основных заданий культурных организаций и обществ имени Рериха стало продвижение Пакта и Знамени Мира для охраны сокровищ человеческого гения, иными словами, утверждение Красного Креста культуры.

Рихард Рудзитис написал ряд работ, посвященных Пакту Рериха и Знамени Мира, поскольку было крайне необходимо продвигать идеи Н.К. Рериха в Прибалтике. Ведь несмотря на то, что президент Латвии того времени Альберт Квиесис положительно отозвался о Пакте Рериха, правительство не поддержало его. (Впоследствии документы Государственного архива показали, что это произошло по причине давления дипломатических кругов Германии и Англии.) Рихарду Яковлевичу кажется, что правительство Латвии и интеллигенция страны просто еще не понимают благородных идей Рериха. Перед очередной встречей министров иностранных дел Прибалтики, которая предполагалась в мае 1935 года и должна была в числе прочих вопросов утвердить Пакт Мира, Рудзитис спешит написать книгу о Рерихе – художнике, философе и путешественнике, но прежде всего – общественном деятеле, борце за мир.

2 июля 1934 года Рихард Яковлевич пишет в своем Дневнике: «Еще я начал работу о Рерихе. Это мое первое и самое священное задание». Здесь, на земле, Рудзитис нашел духовного учителя, которого так долго искал, и с огромным пиететом и благоговением он пишет эту книгу. Ответственность была тем более велика, что здесь впервые была упомянута Елена Ивановна Рерих, которую Рудзитис огненно чтил и называл Великой Матерью человечества. Более 250 писем, полученных от Елены Ивановны и Николая Константиновича, свидетельствуют о том, как близок был им Рихард Рудзитис.

Для выражения своих мыслей Рихард Яковлевич стремится найти самые красивые, поэтичные слова. «Мысли летели и горели», – записал он в Дневнике 6 февраля 1935 года.

14 апреля работа завершена и передана в типографию. «Корректура окончена, клише готовы, еще нужно отпечатать два листа. Ни одну книгу до сих пор я не писал с таким огромным напряжением, как эту. И также с осознанием величайшей ответственности. Это напряжение продолжалось 4 месяца. <...> У каждой книги своя карма и положенный ей срок. Знаю, чувствую, что моя книга сильно опоздала. <...> Но, может быть, именно сейчас более всего необходимо маэстозно нести идею личности Николая Рериха в наш народ...» (Дневник, 29 апреля 1935 г.)

4 мая книга выходит в издательстве «Rita daile» («Красота утра»), принадлежавшем автору. Она написана в легендарном ключе, но, быть может, и жизнь Николая Рериха станет легендой в будущем.

Оценка жизни и творчества Рериха в книге философски осмыслена. Вместе с углублением в мир Рериха она дает нам некоторое отображение и взглядов самого Рудзитиса. Здесь проявляется и талант Рудзитиса-эссеиста, его образный, богатый язык поэта. Все опубликованные в книге стихи и очерки Н.К. Рериха переведены на латышский язык самим Рудзитисом.

После выхода книги Р. Рудзитис сразу же раздает около сотни экземпляров. Но на сердце тревога: «Сердце было несколько беспокойное, теперь же избегают всего, что имеет нелатышское звучание, сегодня на работе я долго сомневался, послать ли книгу Ульманису и Мунтеру[1]. Я же торопился только к Прибалтийской конференции, иначе можно было бы помедленнее... Но они сказали, что как будто боятся восточной миссии Н.Рериха. <...> Конечно, для дипломатов годится только Знамя Мира и идея Культуры. Но где остается Рерих – художник, путешественник, философ, поэт? Может быть, можно было где-то еще немного сократить. Но где же объективное расстояние? И кто знает все узлы судьбы? Осознаю свою большую ответственность за эту книгу» (4 мая 1935 г.).

«С таким вниманием и трепетом сердца слежу за Прибалтийской конференцией в Каунасе. Но мало надежды, что коснутся Пакта».

На Второй конференции министров иностранных дел Прибалтики в мае 1935 г. в Каунасе вопрос о Пакте Рериха все же был затронут. Внес предложение министр иностранных дел Литвы Стасис Лазорайтис. Эстония и Латвия предлагают отложить. «Да. Мы знаем, что Живая Этика говорит о тех, кто откладывает», – отмечает Рудзитис.

Неожиданно для самого Рудзитиса, его книгу оценили другие: «Сегодня я получил в типографии извещение, что президент К.Ульманис с благодарностью подтверждает получение подарка».

Одним из первых получил книгу сам Рерих. 14 мая в письме к Е.И.Рерих Рудзитис пишет: «Послал Вам вчера свою книгу о Николае Константиновиче[2]. Последние месяцы я жил лишь в своем труде, спешил, спешил. Но, конечно, столько других препятствий и обязанностей мешали ритму работы. Мое желание было охватить по возможности шире и глубже личность Н.К., постичь синтез его деятельности. В сердце своем я чуял Указ держать имя Н.К. высоко».

Вскоре от Елены Ивановны он получил ответ, который взволновал его до глубины души: «Родной Рихард Яковлевич, на днях получила чудесные главы Вашего труда об Н.К. на русском языке, а затем подошла и сама книга. Сердечное Вам спасибо за это прекрасное приношение. Сама книга дает радость глазам. Присланные же главы прочла с большой радостью, которая возрастала по мере чтения, что есть знак превосходный. Сердце именно горело радостью, ибо оно звучало на тонкие струны сердца поэта. Осознание и чувство красоты есть такое высокое и редчайшее чувство! Как дорожить должны мы людьми, посылающими эти тончайшие вибрации в пространство! Истинно, лишь прикоснувшийся к искусству может оценить все тончайшие нюансы человеческой души. Дорого мне, что Вы ярко подчеркнули универсальность личности Н.К. и ввели творчество его в ритм космического строительства» (11 июня 1935 г.).

Не менее высоко оценил книгу Н.К.Рерих: «С последней почтой получили мы перевод Вашей главы из латышской монографии – “Культура”... Как хорошо, сердечно и убедительно Вы сложили эту весть о культуре. Пришли мы к единогласному заключению, что эта глава “Культура” должна быть в “Угунсе” напечатана как отдельная маленькая книжка, по возможности общедоступная. <...> Такая книга о культуре пригодится и для Востока и для Запада» (9 сентября 1936 г.).

С такой же просьбой Е.И. и Н.К. Рерих обращаются и к Нью-Йоркскому Музею, и осенью 1936 года «Культура» выходит на русском и английском языках.

Написанная в 30-х годах XX столетия на латышском языке, книга Рихарда Рудзитиса о Пакте Рериха и Знамени Мира не утратила своей актуальности, ведь Пакт и Знамя приняты еще не всеми странами. Гаагская конвенция 1954 года о защите культурных ценностей не разрешила проблем, скорее затушевала их, свидетельство чему – продолжающаяся гибель сокровищ культуры. Пророческий взгляд Николая Рериха видел далеко вперед. Великий мыслитель знал: спасение планеты – в объединении народов под Знаменем Мира, в сотрудничестве на поприще культуры.

Е.И.Рерих утверждала, что ни благословение, ни Помощь Высшая не будут над безымянным договором. Пришло время готовить сознание масс для заключения нового соглашения о защите культурных ценностей на основе Пакта Рериха, и присвоить новой конвенции имя Рериха – великого Вождя Культуры, положившего основание возрождению духа. Единым знаком охранения культурных сокровищ должно стать белое Знамя Мира, на котором изображены три соприкасающихся амарантовых круга – наука, искусство, религия – прошлое, настоящее, будущее – в кольце вечности. Знамя Мира – величайшее в истории – должно быть развернуто над всею землею!

Pax per Cultura!

август 2001 года
Гунта Рудзите

 

 

ВВЕДЕНИЕ

Тот, кто внимательно наблюдает за современными мировыми событиями, не станет отрицать, что наша планета переживает нечто небывалое. Происходящее можно назвать кризисом, болезнью, родовыми муками или же – обновлением, глубоким и всеобъемлющим. Но эти слова не выражают глубины потрясения, затронувшего все основы, все ценности. Человечество в своей эволюции подошло к новому рубежу. Перерождаются все старые понятия и методы мышления. Все ценности беспощадно переоцениваются. Мы смело можем говорить о смене сознания в масштабе всей планеты. Истинно, каждый народ, как натянутая космическая струна, трепещет в великом напряжении: все струны перенастраиваются на новый лад. Народы заново творят свою судьбу. Сам процесс этого перенастраивания подобен всеобъемлющей космической битве. Культура борется с хаотическими явлениями бескультурья, Свет Духа борется с тьмою, чтобы эволюционным благозвучием исцелить аритмичность жизни. Воистину, величественное и чрезвычайно серьезное время! Кто же не ощутит во всем этом зарю новой эпохи, насыщенной мощными, высокими энергиями!

В этом действе преображения и потрясения сознания человечества можно видеть, как дух человеческий жаждет обновления, как плоть стремится залечить социально-экономические раны. В особенности среди молодых народов мы замечаем некую энергичность и бодрость. Пробуждается стремление к переустройству жизни на новых, национальных, культурных основах. Можно предугадать и обновление сознания народов: они устремляются к более напряженным ритмам бытия и созиданию жизни в более широких масштабах, начинают искать руководителей, как в культуре, так и в общественной и государственной жизни, среди этически сильных личностей. По этим мечтам, еще тайным и не кристаллизованным, по жажде героических и авторитетных жизненных примеров можно ощутить приближение великого времени.

Однако человечество пока еще находится на великом перепутье. Поэтому мы все еще вынуждены наблюдать и печальное явление обособления многих держав. Народы все еще отгораживаются друг от друга горами таможенных пошлин. В большой политике все еще заметно недоверие. Мощно наэлектризовано пространство взаимоотношений. Вновь слышны угрозы войны. И Лига Наций была бы сильной и влиятельной только в том случае, если бы в ее основах были заложены истинно объединяющие принципы служения Высшей Идее. Человечество нашей планеты нуждается в великом общекультурном принципе сотрудничества и служения, который своей четкой системой регулировал бы всю духовную и материальную жизнь человечества.

Экономический кризис есть не что иное, как последствие эгоистического мышления человечества, отсутствия осознания великой ответственности. Разве возможна безработица, если народы идут истинно духовным путем? Разве возможен голод во времена перепроизводства, если народы идут путем любви? Человеческий капитал и все созданные им механизмы служат главным образом материальному благополучию – накоплению богатства, но не возвышению духа. Не будет преувеличением сказать, что наш земной шар болен спекуляцией. К чему же может привести беспорядочная, бездумная растрата накопленных физических и духовных энергий, если не думать о возобновлении использованных сил, – что мы так часто наблюдаем в наши дни? Действительно, час последний оздоровить нашу Землю, привести в систему хозяйственную деятельность и поднять ее до этических высот. Счастливы те государства, которые уже начинают сознавать это и воплощать в жизнь!

Точно так же в высшей мере ответственны люди и за пустые, отрицательные, низкие вибрации мысли, которые они излучают в пространство, приводя в хаотическое состояние, перегружая и засоряя слои атмосферы Земли. Наука уже доказала, что отрицательные мысли и вызванные ими стихии страстей – огромная разрушительная сила, угрожающая не только своему породителю, но и другим. Также ученые заинтересовались связью между эгоистическими мыслями, создаваемыми массами людей, и столь частыми ныне катаклизмами, пертурбациями, сменами климата, новыми видами эпидемий и т.д. На нашей Земле мало внимания уделяется культуре сердца, поэтому и увеличивается жестокость, растут взаимная ненависть и непонимание. Но мы знаем, что каждое великое эволюционное свершение достигалось пламенем чистого, одухотворенного сердца. Мы знаем, что только сердце, зажженное огнем духа, очистит и обновит человечество.

Наконец – самым тяжким обстоятельством является тот факт, что великое множество людей на Земле избрали путь отрицания духа: они не признают Высшей Водящей Руки, не признают Иерархию Света, на которой единственно держится развитие всего мира и сама жизнь, не признают Мира Невидимого и тем самым возводят жилище свое на краю бездны тьмы. «О свободе мечтают люди, но в какой темнице держат они сердца свои!» Ведь высшим предназначением человека является сотрудничество с Высшим Разумом, строительство всей своей жизни по Законам Космической Гармонии, сознательное содействие космическим процессам. В основу всего Мироздания положена кооперация и объединение, вся Вселенная созвучит в эволюционном ритме, и на этих же устоях единства человечество должно созидать свой Новый Мир. Действительно, неприятие Руки Водящей и антагонизм между людьми могут довести любого индивида и народ до катастрофы. Ни одно живое создание не может существовать, предавая забвению свою Космическую задачу, идя против закона Эволюции.

Еще не было эпохи, в которой человечество столь насущно нуждалось бы в бескорыстном сотрудничестве и объединении, как теперь. В периоды международной смуты каждому, кто обладает логическим мышлением, становится ясно, что истинное исцеление человечества может произойти посредством дружной совместной деятельности всех сословий, народов и рас. Именно по этой причине некоторые государства в настоящее время предпринимают столь напряженные попытки объединения. С другой стороны, наш век утвердил и ту мысль, что объединить человечество более всего способны великие личности, разумеется, те, кто приходят не как отрицатели, но как подлинные утвердители и воплотители положительных ценностей и принципов.

Попытки политического объединения народов до сих пор не имели успеха, ибо политика чаще всего основывалась на холодном расчете и интеллекте. Но истинное объединение возможно лишь на основе сердца. Легче всего объединение достижимо на постулатах культуры, а именно на сущности всех тех общечеловеческих ценностей, в которых раскрываются устремления человеческого сердца и духа. На основе этих ценностей, рожденных сердцами народов, – национальных сокровищ, обогащающих все человечество, которыми они взаимно обмениваются, и следует народам заключить между собой вечную дружбу и братство.

Новую идею – объединение через культуру – принес человечеству Николай Рерих. В то время как принято искать причину кризиса в разных обстоятельствах, Рерих смело заявляет, что «мировой кризис не в торговле, но в наших сердцах». Кризис – в неверном понимании культуры, в нашем сознании. Кризис – в потере смысла жизни. Если укрепить и гармонизировать жизнь истинным пониманием культуры, то исчезнут кризис и дисгармония. Девиз Николая Рериха – Мир через Культуру.

Николай Рерих известен не только как художник, но и как вождь культуры, как выдающаяся личность, его имя почитается в культурных кругах как Запада, так и Востока, людьми не только белой, но и желтой расы. Его духовное сознание поистине обладает универсальным размахом, поле его деятельности удивительно широко и значительно. В личности Рериха нас особенно привлекает то, что он не просто мыслитель – пропагандист или мечтатель. У него нет ни одной неосуществимой идеи, замысла, для реализации которого он не заложил бы первых твердых основ. Рерих творец множества величественных начинаний, культурных учреждений и объединений, монументальный характер которых заставляет нас вспомнить великих строителей прошлого.

Во все века культуру созидали личности, наделенные великой душой, бескорыстно сеявшие в сердца людей и народов зерна мощного света своего духа. Какой бы исторический период мы ни рассматривали, неизменно увидим в нем лучезарный облик творца, величественного духа, воздействие мощных деяний которого воодушевляло и возвышало многие последующие поколения. Этих великих создателей не так уж много, и все же в великом пламени их сердец всегда обновлялось и очищалось все человечество. Они и теперь направляют человечество по ступеням эволюции поверх всех противоборствующих темных течений к светлой, возвышенной эпохе единения, основанной на истинном сотрудничестве.

РЕРИХ КАК ХУДОЖНИК

Мир красоты, созданный Николаем Рерихом, на фоне общего состояния современного искусства кажется некой сказочной страной. Все там подано в другом измерении, увидено в иной, более широкой, космической перспективе, создано в неведомом нам духовном полете. В его мире властвует одна лишь форма и чувство цвета и линий, здесь нет отражения обычной жизни или состояний природы, того, что чаше всего преподносит нам современное искусство. Здесь налицо попытка запечатлеть жизнь в ее подлинном облике, как простор возвышенных устремлений и вдохновений, как высшую истину и единство, жизнь, устремленную к раскрытию смысла сущего, – то, что еще Аристотель выдвигал как высшую задачу и заповедь искусства. Форма здесь сияет, звенит благозвучием духа.

Николай Рерих в своем созидании исходит из постулатов духа, из полноты его выражения и мощи его красоты. Он ведает великую истину, что художник должен развиться как возвышенная духовная личность, чтобы впоследствии стать выдающимся мастером формы и цвета. Он знает, что художнику надо насытить картину не только эстетическим видением, но и всею мудростью и благородством своего духа. Он знает, что произведение искусства должно быть словом пророка и пламенем божественного откровения, аккордом Космической Гармонии.

Высшая Истина трудно вместима в чувственно воспринимаемые формы и образы изобразительного искусства. Поэтому художники духа неизменно прибегают к символам, знакам и притчам, к священному языку всех религий и искусств, который можно расшифровать и постичь независимо от знания существующих наречий. Такой язык высоких символов использует и Николай Рерих. Язык его столь общечеловечен и международен, что его легко может понять как европеец, так и монгол или индус, устремленный к Высшей Истине. Ведь сияние Истины может одинаково отразиться в любом сознании, если приближаться к ней и искать ее чистым сердцем.

* * *

Николай Рерих родился 9 октября 1874 года в Петербурге. Его отец, нотариус, просвещенный человек, участвовал в общественном движении, которое ставило своей целью народное образование. И мать Николая Константиновича была духовно одаренной. Предки Рериха по отцу происходили из древнего скандинавского рода, в жилах его течет кровь викингов. Недаром некоторые биографы Рериха ведут его родословную от основателя Российского государства Рюрика. Среди дальних предков его матери, напротив, сильно влияние Востока – просторов тайги и пустынь Азии. Таким образом, уже по условиям своего рождения Николай Рерих несет на себе отблески двух культур – синтез Востока и Запада.

Еще в школьные годы в Рерихе пробуждается великая заинтересованность русскими древностями и археологией, определившими всю его дальнейшую деятельность на поприще искусства. Проводя летние каникулы в отцовском имении, он восторгается древними захоронениями – курганами, производит раскопки, зарисовывает найденные предметы. Перед его внутренним взором предстает красота древней жизни, ее вековые сны, мечты и легенды. Он познает и благословенность родной земли. Его манит немногословная и суровая природа Русского Севера, где он находит истинный лиризм, возвышающую душу тишину и дыхание дальних просторов. «Помни о Севере, – пишет он другу. – Если кто-нибудь тебе скажет, что Север мрачен и беден, то знай, что он Севера не знает. Ту радость и бодрость, и силу, какую дает Север, вряд ли можно найти в других местах. Но подойди к Северу без предубеждений. Где найдешь такую синеву далей? Такое серебро вод? Такую звонкую медь полуночных восходов? Такое чудо северных сияний?»

Первые рисунки Рериха увидел друг отца, скульптор Микешин, который предложил дать Николаю художественное образование. Закончив гимназию, Рерих одновременно поступает в Академию художеств и университет, выполняя волю отца – учиться на юриста. Вскоре он попадает в мастерскую знаменитого русского художника Куинджи. Позже в своих статьях Рерих самыми восторженными словами превозносит гений Куинджи и его одухотворенность. Он был учителем в идеальном смысле этого слова, объединив в себе великое знание мастера и дар художника жизни и воспитателя. Своим примером Куинджи пробудил в Рерихе духовные импульсы, дал понимание возвышенного, царственного подхода к дальнейшему творчеству. Когда в 1897 году Куинджи покидает Академию, вместе с ним уходят и его ученики, заранее представив свои дипломные работы. Протестующим студентам, в том числе и Рериху, Академия все же присуждает звания художников. Рерих получает его за «Гонца», это первое признание молодого художника. В следующем году Рерих заканчивает и университет.

В «Гонце», как и в других работах того времени, обозначились технические и идейные признаки первого периода искусства Рериха: здесь русская старина в своем романтическом облике, в осознании и широте, воссозданная удивительно непосредственно и ярко, словно художник сам слышал, воспринимал и чувствовал дыхание жизни минувших времен. Наряду с занятиями археологией, Рерих предается историческим и доисторическим изысканиям, пишет статьи для журналов об искусстве и о древности. Он воспевает старину, претворяя сухие археологические факты в живую поэзию. Углубляясь в историю творческих побуждений человечества, Рерих видит, что даже у человека каменного века была значительная тяга к прекрасному, которую он пытался проявлять, украшая бытовые предметы, стены пещер и т.д. Он видит, что жажда прекрасного сопровождала человечество на путях эволюции как нечто вдохновляющее, окрыляющее, созидающее культуру.

Начиная с первых лучших работ – «Гонца», «Сходятся старцы», Рерих искал в прошедшем и религиозно-метафизические моменты, аспекты духа. Древность у него одушевлена магическими чудесами, волшебными и заколдованными замками, она – страна солнцепоклонников и фей. Древность полна предвечным колокольным звоном, жаждой познания беспредельности.

В этих первых картинах уже вырисовывается весь своеобразный стиль Рериха: его всеохватывающий подход к композиции, ясность линий и лаконизм, чистота цвета и музыкальность, великая простота выражения и правдивость.

В 1900 году Рерих уезжает в Париж, где поступает в студию рисунка и композиции Кормона. Кроме того, знакомство с Пюви де Шаванном и другими французскими художниками помогло ему совершенствовать свой стиль и, с другой стороны, более объективно оценить свою любовь к древности.

Когда через год Рерих возвращается из-за рубежа, его избирают секретарем Общества поощрения художеств. Он вносит заметное оживление в его деятельность, кроме того, ведет раскопки в сотрудничестве с Археологическим обществом, собирает громадную коллекцию экспонатов. Его произведения на выставках имеют большой успех. Несколько картин приобретают музей Александра III и Третьяковская галерея. В 1903 году Рерих устраивает первую персональную выставку, где наряду с историческими картинами «Город строят» и другими выставляется целый цикл работ на религиозную тему. Он в восторге от русского церковного искусства, его привлекают живописные решения иконописи, он словно предчувствует, что своим пониманием духа и мелодичностью цвета сможет возродить эту область искусства. Уже первыми своими иконописными изображениями Рерих поражает зрителя: его иконы сияют нежданной свежестью, жизненностью, лики его святых не похожи на традиционные суровые, хмурые изображения, они расцветают светом и весной. Такова его мозаика в церкви Шлиссельбургской крепости, фрески в Пархомовке, вдохновленные византийскими образами, таковы его «Сокровище ангелов», «Пещное действо» и др.

В 1903 году Николай Рерих вместе со своей супругой Еленой Ивановной совершил паломничество по святым местам России – по городам, богатым древними христианскими святынями и строениями. Между прочими городами он посещает и Ригу, где создает три картины и откуда увозит возвышенные воспоминания; затем гостит в Цесисе, Елгаве, Печерах, Пскове, Каунасе, Вильно. Найденная древняя красота неизменно его радует, особенно – сакральная архитектура, он увековечивает ее в своих картинах, и таким образом рождается цикл из 75 этюдов и 300 фотографий, охватывающих образцы церковных строений разных эпох и религий. Это время не только наблюдения, изучения, восторгов, но и большого напряженного творчества. В следующем году Рерих устраивает выставку своих этюдов. Впоследствии они были увезены в Америку, при трагически сложившихся обстоятельствах проданы с молотка и разошлись по частным рукам; часть из них собрал музей в Сан-Франциско.

Пренебрежение к священным древним памятникам искусства, которое пришлось наблюдать Рериху, больно отзывалось в его сознании. «Грозные башни и стены заросли, закрылись мирными березками и кустарником. Величавые, полные романтического блеска соборы задавлены ужасными домишками. Седые иконостасы обезображены нехудожественными, доброхотными приношениями. Все потеряло свою жизненность. И стоят памятники, окруженные врагами снаружи и внутри». Так Рерих записывает во время путешествия. В своих статьях он часто отмечает многие случаи разрушения памятников старины, акультурное отношение к искусству. Именно тогда у него зародились мысли, которые значительно позже воплотились в проекте Знамени Мира.

В это же время выставки картин Рериха покоряют и Западную Европу, начиная с Праги и Вены и кончая Берлином и Парижем. Сам же Рерих в 1906 году направляется в новое паломничество, на этот раз по «возвышенному пути итальянского искусства», посещает ряд городов Италии, сохранивших древнюю прелесть, приобщается к чуду расцвета итальянского Ренессанса, как в священную литургию, углубляется в древние картины и фрески, увлекается царственностью строений, дремлющей в них красотой, насыщает досыта зрение и все клетки своей плоти и духа голубым небом Италии и сверканием красок ее природы. Великую радость звучания цвета Рерих привносит и в свои картины. Он учится чудесной тайне колорита, свежести и силе цвета, присущей старым мастерам, всему тому, что так привлекает его в работах Джотто, Гоццоли и Анджелико и возрождается в полной мере в его позднейших картинах.

В том же 1906 году Рерих назначается директором школы Императорского Общества поощрения художеств. Как истинный творческий, культурный организатор, Рерих широко реорганизует Школу. Он перестраивает прежние устои по-новому, вносит в них дух бодрости и радости познания, поднимает на большую высоту, неизменно памятуя свой девиз: «По-моему, главное значение художественного образования заключается в том, чтобы учащимся открыть возможно <более> широкие горизонты и привить им взгляд на искусство, как на нечто почти неограниченное». Рерих привлекает в Школу новых педагогов – психологов и воспитателей, открывает целый ряд новых классов и мастерских (среди прочих – по иконописи, ткачеству, художественной ковке), устраивает экскурсии, закладывает в Школе музей и т.д. Следует отметить, что под руководством Рериха в этой Школе учились и многие известные латышские художники. Рерих даже мечтает о создании «Университета прекрасного» – широкого, всеобъемлющего учреждения искусства. Война помешала осуществлению его мечты на Родине, он реализует ее позже в Америке.

С 1907 по 1914 годы Рерих много работает в области декорационного искусства. Однако и здесь выявляется его великое своеобразие творца: он не может ограничить свой дух узкими рамками театрального искусства. Он создает образы переживаний, рожденных в нем определенными пьесами; не углубляясь в саму инсценировку, он творит самостоятельные произведения – картины. И все же Рерих удивительно умеет интерпретировать творческие замыслы писателя и композитора. Он истинно гениально понял стихийный пафос «Валькирии» Вагнера, древнюю поэтичность «Трагедии Иуды» Ремизова, сказочную нежность «Снегурочки» Римского-Корсакова, поставленной Парижской оперой, и, наконец, «Князя Игоря» Бородина, которого привез в Париж Дягилев. Последнюю тему Рерих вскоре повторяет в новом мастерском произведении и в совсем иной, яркой тональности и духовной наполненности. В 1909 году Рерих создает эскизы к «Псковитянке» Римского-Корсакова. Затем, в содружестве со Стравинским и Дягилевым, – чудесный древнеславянский балет «Весна Священная», свою, быть может, самую музыкальную, декоративную, наполненную экстазом работу, расцветающую всеми красками и ликующую гимнами свежих ветров. Великим творческим вдохновением насыщены и дальнейшие эскизы – к «Фуэнте Овехуна» Лопе де Вега, «Пер Гюнту» Ибсена, «Тристану и Изольде» Вагнера, «Принцессе Мален» и «Сестре Беатрисе» Метерлинка.

В этих эскизах Николая Рериха выявляется удивительно широкий и многозвучный творческий размах, способность истинно вживаться как в славянскую историю и праисторию, в испанский схоластический фанатизм и романтику, так и в германские героические сказания и скандинавскую суровую величественность, а также – в бельгийскую мистику, овеянную народной лирикой.

Создавая эскизы оперных или балетных декораций, Рерих свободно предается вдохновению звуковой стихии. Он сам говорит о себе так: «Прежде, чем я пишу декорацию, я заранее знакомлюсь с музыкой и драмой. Когда я усвоил главенствующую идею, я стараюсь выразить в картине ту же идею и одухотворенность, которые композитор высказал в музыке и автор либретто – в словах. Я творю в согласии с музыкой; и, так же как композитор избирает тон, в котором он пишет свой мотив, так я избираю тон цвета или, если можно так выразиться, – ведущий цветовой мотив, который ложится в основу всей декорации». Именно поэтому в «Валькирии» Вагнера он дает густую, насыщенную, царственную цветовую гамму, в «Весне Священной» – цветущее звучание золотистого, голубого, пронизанного светом радости и свежести.

Одновременно с эскизами декораций Рерих создает сюиту картин «Викинг» и «Варяжское море» – поэму о древних морских бурях и голубой тишине – и затем – сцены из индийских мифов. Но наряду с этим Рерих вновь возвращается в сказочную русскую древность, на этот раз туда, где торжествующая радость и улыбка, где свобода и простор, где теряются понятия пространства и времени, где Русская земля во всем своем весеннем блеске и расцвете, во всех оттенках и полутонах, и где переплетаются нежность и суровость. Это земля паломников и кочевников, край духовных исканий и глубокой духовной жажды. «Ункрада» (1909) – росистым утром, по холмам, принаряженным веселыми цветами и весенними, юными березками, между голубых озер неторопливо идет девушка, сердце которой полно еще неведомых ей, грустных томлений. «Небесный бой» – в высотах неба для великой битвы собрались мрачные темно-синие тучи, внизу беспомощные, утопающие в весеннем половодье, хижины на сваях. И далее – иные сцены из древней, чудной страны: «Звездные руны», «У дивьего камня неведомый старик поселился», «За морями – земли великие». Затем – череда «атавистических картин» с удивительным проникновением в психологию древнего человека, пейзажи Финляндии, Кавказа.

В тот же период Николай Рерих, продолжая свои религиозные искания, работает над иконами и достигает в этом деле большого мастерства, как в колорите, так и в композиции. Именно в иконописи в течение веков выражались сокровенные устремления христианского русского народа, его тяга к красоте и святости, и Рерих с большим рвением и энтузиазмом, в своем своеобразном видении, возрождает эти удивительные глубочайшие древние образы. Как мастеру, украшающему храмы, ему принадлежит выдающееся место среди художников религиозного направления – Нестерова, Васнецова, Врубеля и Рябушкина. В 1907 году Рерих пишет иконостас для женского монастыря в Перми. Ранее Рерих уже участвовал в начинаниях, проводимых в Талашкино, в имении известной в русских художественных кругах княгини Марии Тенишевой, возрождающей подлинный славянский мир красоты. В свои мастерские прикладного искусства и школу она приглашала многих выдающихся русских художников и одаренных народных мастеров. С 1911 по 1914 годы Рерих создает в Храме Святого Духа в Талашкино свою величественную эпопею – «Царица Небесная над Рекой Жизни», работая с великим воодушевлением. В центре росписи Богоматерь, вокруг которой «вырастают великие небесные города, охраняемые полками Ангелов; молитвенно к Ней обращены сонмы Святых; выше Ее шествие Пророков, поклоняющихся Кресту». Эта широкая, богатая символами композиция захватывает зрителя торжественным религиозным пафосом симфонии красок и созвучий. В середине фрески – белое, золотое и зеленое, желтое и розовое, нигде нет грустных, затемненных тонов древних икон. И белую Мадонну и святых окутывает духовный свет и духовное сияние. Византийски восточная Богоматерь словно вырастает между светлыми окнами – могущественная, невыразимо прекрасная; святые, собравшиеся у ее ног, в сравнении с ее вселенской духовной царственностью, наполняющей пространство, кажутся столь малыми, земными цветами, хотя и по-своему совершенными.

Рерих создает фрески, мозаики, иконы и для других храмов. Он пробует себя и в зодчестве: за проект часовни Святого Сергия в Скерневищах получает государственную премию.

Таким образом, Николай Рерих все больше углубляется в духовные искания. Он – странник неведомых путей. Все берега и края он изведал, все просторы и широкие дали исходил, к душам людским прикоснулся, до высот тишины духовной поднялся, созерцал видения и битвы стихий, повсюду искал чудо-цветок голубой, папоротниковый цвет, птицу огненную, чтобы запечатлеть их земными красками и линиями. Так постепенно перед взглядом мастера раскрываются покровы и спадают облачения феноменального мира, пока все его сознание не переполняет тихий, тонкий трепет истинного бытия. И так увиденное вновь обретает плоть в картинах – эмблемах, знаках и символах.

Истинно, достойны изумления вселенская, бесконечная тональность духа Рериха, широкие горизонты и многообразные грани его души, многозвучность его художественного гения. Каждой новой работой он несет новую идею, новый прием и форму, всегда – нечто невиданное, неповторяемое. Общепринятые представления и масштабы не для него, Рерих прекрасен в своем мастерстве, во все возрастающей деятельности и жизненности. Так и краски на его палитре с каждой новой картиной расцветают заново, не повторяясь, но рождаясь и обогащаясь по ходу работы.

Наряду с великим богатством образов и идей, весьма многообразны и художественные средства выражения мастера. Он писал как масляными красками, так и акварелью и пастелью, гуашью, в последнее время перешел на темперу, наконец – много рисовал (как для книжных иллюстраций, так и для фресок, мозаик, резьбы по дереву, керамики, для вышивки по тканям и др.). Спектр стилистических средств выражения простирается от реализма до фантастики, от тяжести земли до хрупких контуров духа, и так же меняются и способы выражения каждой творческой задачи.

Постепенно созревая, совершенствуясь, Рерих в своих работах приближается к великому художественному синтезу. Его существо кристаллизуется, утончается с обретением духовного опыта, внутренним зрением он созерцает идеи и видения, доступные только просветленным глазам.

Первый период художественного творчества Николая Рериха неразрывно связан с удивительным миром древности. Однако вдыхая жизнь в прошедшее, Рерих не застывает в нем, не копирует его. С каждым годом все больше через призму прошлого он начинает всматриваться в будущее. Прошлое для него становится фоном, на котором он изображает красоту грядущего. В древних хранилищах человеческой эволюции он нашел прекраснейшие цветы, чтобы преподнести их будущему.

В дальнейшем Рерих все больше обращает свои мысли в грядущее. И благороднейшее наследие прошлого он берет с собой в чудесное будущее человечества, одухотворяет его возвышенными ритмами завтрашнего дня.

Незадолго до мировой войны Николай Рерих представляет общественности свое новое прозрение – цикл пророческих видений. Своим искусством Рерих в полной мере воплощает мысль, что художник должен быть не только мастером цвета и звука, но и человеком прекрасного духа, гармонической и этической личностью и – провидцем. Истинное искусство по своей сути является пророческим, каждым своим элементом оно зажигает и очищает сердца человеческие, ведет их к лучшему будущему, провидит грядущее и указывает пути, как в жизни созидать царство чистой гармонии. В его картинах говорят библейские пророки Амос и Исайя, его устремленными в Новый Мир ритмами пророчествует Иоанн Креститель – этот глас вопиющего в пустыне, пролагающий пути Господу, могучий пустынный лев, который в действительности нежнее полевой лилии.

Начиная с 1912 года в картинах Рериха мы ощущаем удивительную, щемящую боль ожидания, которая обращается в пламя скорби накануне мировой войны. Перед зрителями предстает ужас и предупреждение человечеству о грозящей всемирной катастрофе и безумии народов. В 1912 году Рерих создает картину «Меч мужества»: «пламенный страж приносит меч мужества к твердыням вознесшегося на горе замка, у врат коего спят нерадивые стражи». «Ангел последний» суровый судья, вестник «Dies irae»[3], с мечом в руке, среди пламенных облаков над объятой огненной стихией землей. Работа создана с таким пророческим вдохновением, что приходится изумляться реальной убедительности и жизненной силе предсказанного. Еще больше поражают картины, написанные за несколько месяцев до начала войны. «Град обреченный» – гордый, могущественный город окружила своими жуткими кольцами гигантская змея. «Зарево» – над городом стоит кровавое пламя, клубится удушливый дым. «Дела человеческие» – над руинами разрушенного города, на утесе мудрецы указывают на трагические последствия людского безумия. Наконец, «Короны» – три короля клянутся на мечах, но высоко в небесах уже улетают три розовых облака – короны, символы столь гордых тогда империй.

Когда мировая война заполыхала всеми огнями ненависти, Рерих, в противовес разрушительным и отрицательным силам, создает ряд картин, где властвуют положительные и творческие начала, возрождение и исцеление. Эти полотна наполнены ожиданием мира и блага гармонии. Как человек пророческой натуры, Рерих живет в будущем, так, во время разрушительной, свирепой войны он начинает создавать цикл «Heroica», свой Новый Мир, овеянный героическим духом. Его работы обретают еще большую торжественность и возвышенность; независимо от того, изображена ли на них природа или мир древних сказаний, они отражают чувство значительности переживаемой эпохи.

Прежде всего отметим цикл легенд, где Рерих воскрешает радостную, боговдохновенную, космическую жизнь среди древней природы, когда святые – небесные посланники – приходили страдать вместе с людьми, принося благозвучие и синтез своего духа. Там святой Прокопий благословляет неведомых путников или отводит каменную тучу от города, над которым нависла угроза. Великая гармония внутреннего спокойствия исходит от молитв Прокопия, и кажется, что вместе с ним молятся зеленые просторы, холмы, речные заводи. «Три радости» – народное сказание о добром и потому счастливом хозяине, у которого на солнцем залитых окружающих взгорьях святой Илья рожь зажинает, святой Егорий стережет коней, а святой Никола коров пасет. Рерих создал здесь чудную идиллию, крестьянский двор, который благословляют небесные гости достатком и красотой. Созвучно этой картине полотно «Св. Никола», где святой подвижник, удалившись из храма, выходит на летнее солнце посмотреть, хорошо ли людям на земле и не нуждаются ли они в помощи. «Св. Пантелеймон-целитель» на холмах в бодрых лучах восходящего солнца собирает целебные травы.

В это же время Рерих создает несколько картин, в которых выражается его радость небу; небесным письменам, игре лучей солнца. Подобный углубленный подход к просторам неба, к его стихиям он разработал еще ранее, в полотнах «Небесный бой», «Облака», «Звездные руны» и других. Но как истинный певец динамики природы, воспринимающий пульсацию стихий, художник неизменно возвращается к теме пространственных явлений, воспринимая их в космической мощи и таинственности, обрамляя великими символами и образами. Его облака так часто напоминают фантастических живых существ, подобным образом он одушевляет и камни, и скалы. В картинах Рериха военного времени – «Знамение», «Стрелы неба – копья земли», «Ковер-самолет», «Веление неба» и других – облака своей формой, бесконечными вариациями оттенков цвета нередко кажутся знаками, вестями или отблесками другого, более тонкого мира.

По мере того как искусство Рериха расцветает в художественном полнозвучии и духовной насыщенности, растет и его популярность. В 1909 году Российская Академия художеств присуждает ему звание академика, и многие другие организации, как в России, так и за рубежом, избирают его своим почетным членом. Имя Рериха завоевывает сердца многих ценителей искусства. Его произведения находят приют почти во всех главных музеях Европы. Выставки его картин путешествуют по крупнейшим городам Европы, центрам искусств, начиная с Парижа, Рима, Венеции и заканчивая Брюсселем и Лондоном. Следует отметить, что Рерих проявил себя и как хороший коллекционер: путешествуя, он собрал около 300 голландских и фламандских произведений искусства.

Во время Февральской революции Рериху предложили пост министра по делам искусств; он разрабатывает проект Свободной Академии художеств. Но в скором времени, в водовороте событий, он лишился части своих картин и средств и с трудом выехал в Финляндию, где бывал еще до революции. Но его энергия неиссякаема. Он все так же творит и развивает великий, благой мир красоты духа. В 1918 году открывается его выставка в Стокгольме, затем – в Копенгагене и в Гельсингфорсе. Наконец, в мае 1920 года через Норвегию Рерих едет в Лондон и устраивает там выставку. Восторженные поклонники приглашают Рериха во многие другие страны. Но страной его устремления является Америка. По приглашению Художественного института Чикаго Рерих с неясной надеждой в сердце направляется через Атлантический океан в Новый Свет. Его выставка в Нью-Йорке имеет небывалый успех. Также и последующее путешествие по сорока городам Америки и лекции Рериха об искусстве находят восторженные и деятельные отклики.

Постепенно мир образов Рериха глубоко врастает в сознание энтузиастов искусства, которые собираются вокруг него. По его декорациям и эскизам костюмов оперный театр Чикаго ставит «Снегурочку». Также при содействии Рериха учреждается международный художественный центр «Cor Ardens»[4]. Но главное поле его деятельности раскрывается в Нью-Йорке. Тут он закладывает фундамент для своих величественных замыслов, о которых речь пойдет позже.

В Америке творческая личность Николая Рериха раскрывается в величайшем полноцветии. Проясняется и усиливается восприятие красоты, его глаз созревает для духовного синтеза. Художник не останавливается на отдельных мелочах, все элементы он объединяет в космическое действо, в органическое явление. Великая, одухотворенная песнь гармонии звучит в картинах Рериха.

Рерих все более проникает в недра внутреннего мира – мира духа, где все отражается и окрашивается в ином свете, он созерцает «вещь в себе», все его формы отзвучат на музыку бытия.

«Мощь искусства – в его благой интуиции, – пишет Рерих в одном из писем. – Мы окружены чудесами, но, слепые, не видим их. ...Придите. Берите. Стройте... И глаз мой вперед обращен... Но как же перейти от ступени нашего современного слабого глаза к ощущению космической правды? ...Вся жизнь полна великими знаками».

После мировой войны Рерих особенно проникновенно обращается к Востоку, к стране интуиции и духовных исканий, Индии, средоточию глубин мысли и чуткости, где человек вечно стремится узреть за видимыми знаками земли высшую истину, великий АУМ, ведущий к незримым высотам. Восток он воспринимает как страну великой изначальной мудрости, реформаторов религий человечества, страну пророков и жаждущих истины.

Восток, который пытается постичь все явления всеобъемлющим знанием сердца, чувствознанием, привлекает Рериха своим громадным духовным опытом – ведь и сам Рерих всю жизнь был пророком чистого, пылкого сердца. Восток его манит и священным голосом безмолвия, этой сокровенной мелодией красоты глубин духа, открывающей врата к абсолютной истине. В такой тишине духа и сам Рерих несчетное множество раз испытывал великое чудо творчества.

Именно духовное прикосновение к миру Востока позволяет нам постичь тайну, каким же образом Рерих смог столь тонко прочувствовать атмосферу Индии еще задолго до того, как ступил на ее землю. Рабиндранат Тагор в 1920 году в Лондоне, посетив мастерскую Рериха, был изумлен реальностью, с которой он отражал дух Индии в своих полотнах.

С другой стороны, ведь в самой психологии и религии русского парода встречается немало восточных элементов. Позже, путешествуя по монастырям Тибета и священным местам Индии, Рерих нередко удивлялся, наблюдая привычные для славянской земли формы культов, одеяний, обычаев. И в своей духовной жажде русская душа соприкасается с душой восточной. И русский человек в духовном преклонении говорит о Белых Горах, где живут мудрецы, о Беловодье, о подземных городах. Русская земля ведь по сути Евразия – перекресток двух могущественных культур – Востока и Запада, и, возможно, их синтез – в будущем.

К чудесной, дивной восточной цветовой гамме кисть Рериха прикасается еще в 1906 году, при работе темперными красками. «Девассари Абунту с птицами» – девушка в индийском храме, украшенная золотыми браслетами, вокруг нее поют сказочные райские птицы. В 1916 году он создает полотна «Мудрость Ману» и «Граница царства». На вершине горы стоит величественный благородный юный царь, вокруг него вельможи и мудрецы. Перед ним бескрайняя симфония горных хребтов, мерцающая и переливающаяся розовыми полутонами, а дальние границы покрывает сине-фиолетовый туман. Так нет предела жажде новых осознаний, и над тем, что изведано, неизменно встают кряжи и дали неизведанного.

Восточное духовное мировосприятие заложено и в сюите из семи картин 1917 года «Heroica»: здесь полотна «Клад захороненный», «Святой огонь», «Ждущие» – женщина, тихо сидящая в ожидании великого чуда, которое должно прийти.

Тоска женщины по чему-то возвышенному, небывалому, что увлекло бы ее и спасло человечество, тихо струится и в других картинах того времени. «Cor ardens» – женщина у окна замка смотрит вдаль на далекую лодку на озере. Вся она – как белое пламя, устремленное к мерцающим водам. «Властитель ночи» – женщина в шатре, стоя на коленях, смотрит в открытый проем, где простираются голубые дали. Может быть, она тоже охвачена ожиданием высшего озарения или же тоскует по часу, который принес бы ей духовную и социальную свободу?

«Сон Востока» – над просторами вод возвышается исполинская, в зеленых оттенках, голова с монгольскими чертами, глаза ее закрыты. Перед ней холмы с редкими деревьями, вода и небо окутаны предрассветной золотистой мглой. Это – Азия, которая, кажется, еще спит, но уже ощущается восход солнца, час пробуждения близок – она еще видит сны о своем великом будущем, но веки ее уже начинают приподниматься.

Среди работ того времени вновь появляются сцены из русских легенд и жизни святых. Полотно «Corona Mundi» напоминает иконы времен Ренессанса, на нем двое святых: женщина держит в руке венок – символ вдохновения красотой, а мужчина – маленький храм, знак воплощения красоты в конкретных формах. Эта картина, находящаяся в Музее Рериха в Нью-Йорке, выражает суть основанного им учреждения, носящего то же название. «Зов колокола» – здесь Псков со своим созвучием колокольного звона, храмами и строениями, а над ними – искрящийся свет солнца. «Св. Тирон находит стрелу, посланную ему с неба» – весть из дальних миров. «Святые Гости» – лодочник переправляет через озеро двух святых, из монастыря вышли встречающие, также отмеченные ореолом духа. Темно-фиолетовые и синие краски, лучи света пробиваются сквозь облака, отражаются в воде. Неземная ясность в пространстве, во всем, здесь присутствующем. Далее – «Книга голубиная», воспетая в замечательной русской народной поэзии. В этой божественной книге жизни – смысл всей Вселенной, возникновение человека и его будущее. Вокруг этой книги, упавшей с неба, собрались цари, князья и весь православный люд, но никто не может ее прочесть.

Впоследствии создаются новые циклы картин, одни лишь названия их дают представление о горизонтах духовного подвижничества, к которым устремлен художественный поиск Рериха.

Убедительными и полными экзотики штрихами созданы картины 1920 года: «Песнь утра», «Песнь водопада», «Язык птиц», «Жертва», «Мечты мудрости» и другие, посвященные Вечной Женственности – женщине, которая своей глубокой интуицией воспринимает суть всех вещей, слышит голоса воды и деревьев, понимает язык птиц и цветов.

Свое уважение к женщине и веру в ее будущее Рерих выразил в картине «Вестник». Женщина открывает врата храма и изумленно застывает пред высшим вестником, пришедшим издалека. Через открытые врата струится предрассветный свет, в пространстве благая бодрость. Вестник принес женщине весть о ее новой, великой миссии. Женщине предстоит открыть врата духовного святилища Нового Мира. Женщина призвана пробудить сознание человечества к миру и братству. Фиолетовые краски картины символизируют духовность, так у Рериха каждое движение кисти идейно оправдано.

Воображение Николая Рериха, чуткое к красоте, часто воспринимает череду явлений в их космической последовательности, поэтому он охотно пишет картины циклами. Такой цепью видений, данных в хроматических цветовых гаммах, является «Sancta» – серия из жизни святых отшельников. Синие, фиолетовые, пурпурные и золотые цвета усиливают возвышенное, одухотворенное впечатление. «И мы трудимся», «И мы продолжаем лов», «И мы не боимся» – здесь запечатлены достигшие высшей степени дружелюбия даже по отношению к медведю и всей природе; «И мы открываем врата» – дух должен изливаться в мир, и мир должен приходить в гости к наследникам духа; «И мы несем свет» – из храма пустынники выносят зажженные свечи; «И мы видим» – взгляд Величественного Учителя, который все видит, перед образом его застыл отшельник.

Серия «Мессия» – пророческие древние сказания, где соприкасаются невыразимые в слове религиозные устремления всех народов. «Легенда» возвещает, что Мессия явится на белом коне с сияющей звездой в руке, как с мечом. На картине человек, читающий священное писание, а в облаках утренней чудной, золотисто-зеленой зари видна белая фигура всадника и справа от него – яркая комета. В картине «Чудо» персонажи ее, склонившись в великом богобоязненном почитании, ждут прихода Мессии. Он сам еще не виден, но яркий свет Его ауры, как ослепительное сияние солнца, восходит над темным холмом. На некоторых картинах Рерих изображает появление Мастера: «Сам вышел», «Fiat Rex». Его, в великом сиянии духа и красоты, могут узреть лишь немногие, те, кто сами облачились в белоснежные одеяния духовности. Образы, в которых тоска по Мессии – Майтрейе отражается в сознании Азии, ее сильные, но сокрытые проявления, Рерих изображает позже в своих гималайских картинах. В Гималаях вокруг облика будущего Владыки Мира сплетаются легенды, там на недоступных высотах высечен барельеф Его, там Ему посвящены храмы.

Вершин своего широчайшего, «симфонического» творчества Николай Рерих достигает в картинах, посвященных Гималаям и Тибету (после 1924 года). В работах послевоенного времени Рерих касается высших планов эволюции духа, образов легендарных духовных подвижников и святых, снисходит и к тем, чьи сердца жаждут духовного огня, в чьей жизни уже началось великое, все преображающее чудо, а в душе и плоти звенят пасхальные звоны Нового Мира. И все же эти работы кажутся только возвышенной прелюдией. Как Вагнер от богоискателей и паломников в «Тангейзере» и «Лоэнгрине» вырастает до апофеоза высот «Сумерек Богов» и «Парсифаля», как Бетховен в своей Девятой симфонии жаждет искусством обнять весь мир, утвердить свет и братство в основах человеческого бытия, так и Рерих стремится развить полифонический синтез красоты духа.

Ныне Николай Рерих творит свой духовный мир на фоне надземных, величественных горизонтов Гималаев. Во время своего путешествия по Азии он зрит вершины этого «жилища богов» лицом к лицу, он проходит по земле, где, согласно сокровенным представлениям народов Азии, пребывают высочайшие Герои Духа, где сам воздух насыщен священной мечтой и дух человеческий сквозь шлаки жизни, словно безудержное пламя, рвется ввысь.

Николай Рерих так описывает величие Гималаев, воспетых им в несчетных живописных поэмах:

«Всюду вспомнят неповторенную красоту Гималаев. Наш путь шел от Гималаев и обратно к ним. Величествен Каракорум и ледяное царство Сассера. Прекрасен Куэнь-Лунь. Фантастичен Тянь-Шань – Небесные горы. Широк кругозор Алтая. Декоративен Наньшань. Суров Ангар-Дакчин. Но все это только пролог перед невыразимым величием Гималаев.

В Гималаях кристаллизовалась великая веданта. В Гималаях Будда вознесся духом. Самый воздух Гималаев пропитан духовным напряжением – истинная Майтрейя Сангха».

Мы можем чувствовать, где сам Рерих обрел свои высшие, одухотворенные вдохновения, читая в другом месте его слова:

«Все народы знают, что место Святых людей на горах, на вершинах. От вершин откровения. В пещерах, на вершинах жили Риши. Там, где зачинаются реки, где вечные льды сохранили чистоту вихрей, где пыль метеоров приносит от дальних миров доспех очистительный, – там возносящие сияния! Туда стремится дух человеческий. Сама трудность горных путей привлекает. Там случается необычное. Там мысль народная работает кверху».

Так же как в тишине высочайших прозрений на склонах Гималаев воедино сливаются все духовные потоки и течения, так в искусстве Рериха отражаются сокровенные мечты лучших представителей всех великих религиозных систем. Рерих идет сквозь духовную эволюцию человечества, через его религии и культуры, идет как ясновидец, как знающий и пророк. Поэтому, созерцая его произведения, мы наполняемся чувством истины, точности передачи типа эпохи и внутреннего мира изображаемого. Это и есть величественная Живая Этика, в священном свете отражающая все положительное в основах религий, Этика, которую Рерих утверждает картинами, статьями и всею своею жизнью.

В первой серии гималайских картин «Знамена Востока» Рерих изображает в основном великих религиозных реформаторов, божественных личностей и пророков: «Чаша Христа» – Христос в саду Гефсиманском; это полотно – чисто духовное, просветленное, в нем нет ничего земного. Фигура Христа обращена к Ориону – будущему, вокруг – южная ночь в фиолетовых, синих, зеленых тонах. «Знаки Христа» – легенда из «Криптограмм Востока»: Христос встречается в пустыне с Россулом Мориа и чертит на песке пророческие знаки: все на нашей планете достижимо только путем эволюции, храм человечества возводится «руками и ногами человеческими». Фигура Христа проста, даже нежна, он – Сын Человеческий. Если европеец знает Христа по Священному писанию, то сердце Азии познало его по несчетным легендам и апокрифам, передаваемым из поколения в поколение. И буддисты и последователи ислама гордятся, что среди них был великий Учитель Любви. (См. статью Рериха о легендах Азии в книге «Твердыня Пламенная».)

«Святой Сергий-Строитель» – среди заснеженных холмов, голубых сосновых лесов строит он часовенку. В этом одиночестве друг у него – медведь. К образу величественного духа, Строителя Земли Русской, обновителя русской духовной культуры все более устремляются внутренние искания Рериха. И в своих очерках он описывает великий подвиг жизни этого истинно Святого, его самоотверженное стремление возвысить жизнь народа, его боговдохновенную, деятельную любовь, перед которой каждый должен склонить голову. И в ряде других картин он останавливается на жизни Сергия. «Мост славы» (1923) – Сергий идет к своей часовне на горе, созерцая северное сияние, сверкающее величественными огнями, которое предвещает о грядущем духовном мосте, соединяющем небо и землю. На одной из новых картин, которая находится в Белграде, – «Terra Slavonica» – изображен монах, смотрящий вдаль на славянскую землю, на города и селения, реки и шумящие леса. Над монахом – колокол. Это колокол Святого Сергия, который уже однажды призывал к объединению. Теперь он молчит, но, быть может, скоро зазвучит и вновь станет будить сознание русского народа.

«Будда-Победитель» – у истоков подземных знаний. «Истинно, величайшая победа – победа над самим собою», – мы словно слышим эти великие слова Будды. В состоянии медитации Будда разрешил тайну мироздания, и все вокруг него окрасилось янтарно-желтым светом осознания. «Будда-Испытатель» (более поздняя работа) – Будда проповедует в подводном царстве. Не напоминает ли этот сюжет проповедь Святого Франциска рыбам и птицам? Ведь все прекрасные духовные личности несли благо дружелюбия всем живым существам. «Будда Дающий» – дары высокого, просветленного духа неисчерпаемы.

«Кришна» (из другой серии) – собиратель Вед и провозвестник Учения Бхагавад-Гигы изображен в одном из эпизодов своей юности, как чаще всего он трактуется в индийском искусстве. Кришна в образе юноши играет на флейте под цветущими яблонями. Вокруг, в унисон ему, в эту весеннюю пору расцветают деревья и луга. И в ликующем восторге сияют вокруг сине-розовые вершины Гималаев.

Далее следует целый ряд картин, в которых проявляется удивительная способность Николая Рериха вживаться и объективно воспринимать характер народов и дух эпохи; мы встречаем здесь Лао-цзы – провозвестника великого божественного Дао в китайском народе, едущего верхом на буйволе среди бамбуковых зарослей; здесь Конфуций в вечном путешествии, высоко в горах; здесь Цзонкапа – основатель буддийской секты «желтых шапок», медитирующий среди гор, окутанных фиолетовой вуалью теней, вершины сияют золотом; здесь Падма Самбхава говорит с горным духом. Затем мы видим Магомета на горе Хира, в зное пустыни, среди розовых и янтарно-оранжевых скал, внемлющего в упоении вести архангела Гавриила, который посылает его учить народ. И Вождь Моисей на горе Синай слушает веления Высочайшего. Вокруг его головы вспыхивают огни северного сияния, горные ущелья и дальние вершины затянуты фантастической фиолетовой дымкой.

Далее следуют сцены из мира священных устремлений Востока. «Дозор Гималаев» – к охраняемым высотам духа никто не пройдет, не открыв доступа к ним степенью своего сознания. «Ойрот, вестник Белого Бурхана» – вестник Великого Братства является перед приближением Новой Эпохи. Перед вестником, опустившись на колени, – женщина: ее чуткая натура быстрее всех интуитивно ощущает властную близость будущего. Она понесет эту благую весть далее, вниз – людям. «Жар-цвет» (из серии «Его Страна») – алтайская легенда. На вершину горы поднялась женщина, влекомая жаждой гармонии духа. И здесь ей открылся чудесный и величественный огненный цветок. У женщины, достигшей тишины горных высот, расцветают духовные центры. И поверх всего в невыразимом могуществе, как идеал всех идеалов сияют Гималаи.

Принцип великой женственности Рерих выражает в своей замечательной картине «Матерь Мира». В сине-голубоватом беспредельном пространстве небес возвышается Матерь Мира. Ее окружает двойная аура. Легенда повествует, что после гибели Атлантиды Матерь Мира закрыла лик свой, ибо люди потеряли связь с духом. Когда придет Новая Эра и люди воскреснут духом, тогда станет возможным вновь увидеть лик Матери Мира.

Сказочными духовными высотами овеяны и другие серии картин Рериха: «Гималаи», «Сикким», «Святыни и крепости». Здесь красота Гималаев дышит всей мистерией духа, неописуемой гармонией многообразия цвета, сиянием снегов и солнца, утренними полутонами, вечерними сумерками, полуночным одеянием бесконечности звезд. Рерих изображает и многие святыни Тибета, и священные места древних культур.

Вернувшись из путешествия по Центральной Азии и поселившись в своем Институте под сенью Гималаев, Николай Рерих словно продолжает паломничество к сокровенной земле чаяний народов Востока и вместе с тем в царственных, возвышенных красках воплощает темы священных созвучий духовных стремлений Запада. О размахе его творчества последнего времени свидетельствуют и музеи, посвященные его искусству: кроме Музея Рериха в Нью-Йорке, существуют отделения в Буэнос-Айресе, Париже, Брюсселе, Белграде, Загребе, Риге, Киото, Бенаресе и Аллахабаде.

Среди цикла из четырнадцати оригинальных произведений Рижского музея выделяются прежде всего четыре крупнейшие работы Рериха: «Брамапутра» – по священной реке ранним утром тихо плывет ладья, направляясь к дальнему берегу, окутанному фиолетовой дымкой, на скале возвышается монастырь. Удивительно звонкой голубизной расцветает пространство, такой ясностью, какую знает только небо Индии. Этой дивной голубизной грезят и отражающие его воды. Розовые облака на рассвете кажутся знаками Вышнего послания. Прикоснись сердцем и читай! «Твердыня Тибета» – буддийский монастырь на поднебесных отрогах скал, над ним простирается изумительно поэтическая, в зеленоватых оттенках, звездная ночь. В такие ночи дальние миры кажутся столь близкими, человек возносится в космическом единстве и слышит пульс растений и планет. «Om mani padme hum» – буддийский мантрам о драгоценности в лотосе (символ раскрытия духовных центров). На картине изображена эта надпись, высеченная на священном камне. «Бхагаван» – Благословенный Рамакришна направляется ввысь в Гималаи, его голову окружает ореол святого, сияющий переплетением трехкратных достижений. Далее – целая сюита небольших, но полнозвучных пейзажей незабываемых Гималаев. Здесь картины с изображением высеченных в скалах Тибета, у дорог, громадных статуй Майтрейи – Его прихода Восток ожидает в ближайшем будущем. Эти священные изображения обычно изготавливаются монахами и вокруг них образуются места паломничества и молитв.

Известный индийский живописец Кумар Халдар говорит следующее о созданных Рерихом гималайских произведениях:

«Подлинное видение Востока, символизированное величественными Гималаями, правдиво и весьма реально воплотил один из величайших провидцев духа, мастер Николай Рерих. Он действительно постиг тайну природы и человека и прозрел сквозь покровы материи – Вечную жизнь. Он в жизни испытал озарение восторга, рожденное не земными вещами, но Беспредельностью. Таким образом, его можно было бы назвать собирателем высших лучей созерцания и божественных импульсов, спонтанной и живой силой, полной глубоких мыслей и культуры».

С новейшими работами Рериха нас знакомит и страница из монографии Жана Дювернуа:

«Интересно проследить направление творчества Мастера за последнее время. Мы видим насыщенную работу, в которой каждый создаваемый образ как бы порождает следующий, сплетая хотя и разноцветный, но обобщенный венок. Картины очень различны по тональности, неожиданны по сюжету, и тем не менее они укладываются в какую-то своеобразную гирлянду. Например: “Царица Небесная” в царственном уборе молится о преуспеянии мира, “Madonna Laboris” в неустанном бдении спасает заблудшие души, и восхищен Господь этим подвигом, та же Мадонна – с младенцем, но скорбен взгляд ее. Этот облик как бы объединяется в триптихе, посвященном Жанне д’Арк: к той же скорбной Богоматери обращается св. Воительница перед битвой, к Ней же обращен и взгляд подвижницы во время казни. А небо, как в победе, так и над костром, – тоже необъятное, овеянное волною синевы, которую так широко умеет влить на полотно Рерих. Вот Подвижник – осиянный волнами благодати, с пламенеющей Чашей в руках, многоцветны струи воздуха вокруг: синие, лазоревые, пурпурные – цветение подвига. В том же многоразличном сиянии Владыка несет с гор Венец Мира (“Fiat Rex”). На крыльях триптиха – осененные светом мужской и женский облики. Она – с чашею и кадилом. Он – с мечом и щитом. Другой подвиг – “Скрижали Завета”: на каменных плитах высекает Он, великий и одинокий, заповедь жизни. В пламенных струях возносится осиянный светом “Илья Пророк” – какая звучащая медь в пламенеющих красках клубящихся туч! Подходя к картине, зритель спросит: “Как же она сделана? Точно краски мгновенно претворились на полотне”. Это и есть – синтез. Тот же пламень, но с царственным пурпуром, в последней картине “Святая София – Премудрость Божия”; как будто то же огненное задание, но музыкальный ключ повернут к более насыщенному, спокойному тону. А вот и “Зороастр”: на высокой скале, перед гаснущим закатом выливает он из Чаши на землю жизнедательный пламень. Не к тому же ли огненному подвигу ведет нас и серия “Ашрам”? На одной из этих трех картин за скалою Ашрама еще пламенеет закат, но на двух боковых – спокойны скалы, изумрудно-зелена вода и скользит по ней ладья с таинственным путником. Не за мною ли? Не зов ли? Не весть ли? Застыли в наступающем сумраке гиганты-бамбуки, а на скалах чуть светятся изваяния слонов. Это не Тибет, это Юг: может быть, Цейлон, может быть, Голубые горы или Эллора.

А в работе уже “Гиганты Лахула”, “Воинство Гэссэр-хана” и “Норбу Ринпоче” – все тот же подвиг, та же пламенеющая Чаща. И так, в какой-то несказуемой сюите, соединились самые разнообразные элементы».

Так все выше и выше Николай Рерих поднимается к Беспредельности духа. Кажется, что его космическое сознание прокладывает мосты прекрасного над безднами. Его картины полны священного трепета крыльев духа. Рерих изображает духом, возносит дух – в линиях, колорите, содержании. То нескончаемое чудо духа, которое он созерцал и пережил во Вселенной, он ощущает и тогда, когда изображает земных людей и земные вещи, поэтому каждое существо в его картинах обласкано Высшим, в каждом облаке и камне трепещет живое касание духа. Он рассматривает человека или вещь не самих по себе, но как проявление Беспредельного. Даже конкретные исторические личности он изображает в общечеловеческой и вместе с тем космической перспективе. Потому не случайно Рериха называют выразителем космического синтеза, ибо он – поэт Беспредельности в самом одухотворенном понимании этого слова.

Но, с другой стороны, Николай Рерих – реалист; ибо воспринимает и видит реальность без физически ощутимых границ. Он знает, что реальность не кончается поверхностью, доступной физическому глазу. Повсюду он видит единую всеобъемлющую Космическую Реальность, которая разнится в своих градациях и которую познает наше сознание. Он знает, что в Мироздании, кроме трех, есть еще другие, высшие измерения. Он знает, что мир делится на три плоскости: физическую, тонкую и огненную – и что обычный человек своим чувством и зрением воспринимает только физические явления, но каждый выдающийся художник, живущий будущим, свои неисчерпаемые вдохновения и образы впитывает чутким сердцем из высшей – Огненной Сферы, из Мира Духа, который насыщает все возвышенные явления на земле.

«Отрицающий великую реальность всего сущего, – говорит Рерих, – так же невежествен, как отрицающий беспроволочный телеграф, радий, передачу снимков на расстояние и все те реальные научные вещи, которые так недавно казались сказкой». Эти Тонкий и Духовный миры и есть то Великое Неизвестное, к которому в последнее время все больше обращается взгляд ученого-эмпирика, но куда посредством сердечной интуиции и ясновидения уже давно вошли многие провидцы духа – религиозные искатели и великие творческие личности, согласно своей духовной ступени, превращая субъективные ощущения в объективное видение.

Путем такого созерцания Вселенной, к все возрастающей объективности устремлено и творческое вдохновение Николая Рериха. Своими работами он поведал человечеству, что художник обязан познать строение космоса и космическую сущность, чтобы создавать микрокосм, и что художнику следует знать Законы Космической Гармонии, чтобы в согласии с ними создавать гармонические художественные образы, обращая стихийные проявления жизни в Космическое Созвучие. Николай Рерих показал, что искусство должно выражать высшее знание и в свете этих знаний отображать все вещи. Искусство должно отражать Божественный идеальный порядок, оно должно все одухотворять, поднимать по ступеням эволюции, только тогда оно будет истинным искусством будущего. Таким космическим законом отмечено и искусство Рериха, у него «каждый вид, каждый образ является нотой в гармонии вселенной», за каждым явлением он ищет весть, которая велит узреть Высшую Реальность. Искусство Николая Рериха – это искусство осознания, духовного водительства. Искусство любви, а не просто песнь соловья, «l’art pour l’art»[5].

На великую объективность и логичность искусства Рериха указывал уже Леонид Андреев в своем удивительном очерке «Держава Рериха» (1919):

«Видеть картину Рериха – это всегда видеть новое, то, чего вы не видали никогда и нигде, даже у самого Рериха. Есть прекрасные художники, которые всегда кого-то и что-то напоминают. Рерих может напоминать только те чарующие и священные сны, что снятся лишь чистым юношам и старцам и на мгновение сближают их смертную душу с миром неземных откровений. Так, даже не понимая Рериха, порою не любя его, как не любит профан все загадочное и непонятное, толпа покорно склоняется перед его светлой красотою.

И оттого путь Рериха – путь славы. Лувр и музей Сан-Франциско, Москва и вечный Рим уже стали надежным хранилищем его творческих откровений; вся Европа, столь недоверчивая к Востоку, уже отдала дань поклонения великому русскому художнику.

Колумб открыл Америку, еще один кусочек все той же знакомой земли, продолжил уже начертанную линию – и его до сих пор славят за это. Что же сказать о человеке, который среди видимого открывает невидимое и дарит людям не продолжение старого, а совсем новый, прекраснейший мир!

Целый новый мир!

Да, он существует, этот прекрасный мир, эта держава Рериха, коей он единственный царь и повелитель. Не занесенный ни на какие карты, он действителен и существует не менее, чем Орловская губерния или королевство Испанское. И туда можно ездить, как ездят люди за границу, чтобы потом долго рассказывать о его богатстве и особенной красоте, о его людях, о его страхах, радостях и страданиях, о небесах, облаках и молитвах. Там есть восходы и закаты, другие, чем наши, но не менее прекрасные. Там есть жизнь и смерть, святые и воины, мир и война – там есть даже пожары с их чудовищным отражением в смятенных облаках. Там есть море и ладьи... Нет, не наше море и не наши ладьи: такого мудрого и глубокого моря не знает земная география. И, забываясь, можно по-смертному позавидовать тому рериховскому человеку, что сидит на высоком берегу и видит – видит такой прекрасный мир, мудрый, преображенный, прозрачно-светлый и примиренный, поднятый на высоту сверхчеловеческих очей».

Мир красоты Николая Рериха насыщен вибрациями и излучениями Тонкого Мира. Поэтому и форма у Рериха обрела многогранность и полнозвучность, какой нет в работах других художников. Поэтому в его картинах сияют и вибрируют цветовые оттенки красок всего мира, бесконечными нюансами и полутонами, поэтому и линии его ритмов и композиции не повторяются. Недаром Рериха называют мастером синевы, такая прозрачная, звонкая голубизна вечных небесных далей не встречается даже в работах Джотто и Фра Анджелико. В его колорите иногда такая проясненная радость, торжественность и блаженство, такое сверкание и глубина, а иногда динамика и мощь огненности, наполняющая душу зрителя чем-то бесконечно мелодичным, ритмичным. Поэтому художественные критики так часто говорят о музыкальных впечатлениях, получаемых ими при созерцании картин Рериха, о вдохновляющих созвучиях и мотивах, остающихся в сознании зрителей еще долго после созерцания этих прекрасных творений. «Краски и линии Рериха, – говорит Балтрушайтис, – приводят зрителя в смутное ритмическое состояние, в котором ему чудятся органные хоралы, пение торжественных труб, пасхальные псалмы». Рерих ведь любит музыку, его друзья – Мусоргский и Римский-Корсаков, Бетховен и Бах. Но, как творческая личность, Рерих развил и внутреннюю музыкальность, его мысли и импульсы врываются в область музыки, его мечты, озарения и видения сотканы музыкальной гармонией. Его слух – духовно-музыкальный, которым он настраивает все свои побуждения, свою сущность и жизнь все более утонченными и великими ритмами, навстречу Космической Гармонии.

Таким образом, не только в одухотворенности искусства Рериха, но и в свете и гармонии оттенков цвета кроется магическое влияние его личности, музыкальности его духа. Огонь духа, льющийся из его работ, воистину просветляет, вдохновляет и исцеляет, исцеляет в прямом смысле слова, если верить сообщениям о многих случаях, когда благородные созвучия картин Рериха преобразили человека духовно и физически.

Между прочим, как весьма интересный пример позволим себе вспомнить страничку из жизни бывшего ученика русского анархиста Бакунина – Ивана Народного. Последний был настоящим скептиком, когда первый раз посетил выставку картин Рериха в Нью-Йорке в 1921 году, но, вжившись в гармонию его картин, внезапно полностью внутренне и внешне преобразился и затем стал горячим приверженцем Рериха. Приведем его собственные слова.

Созерцая картины Рериха, «я начал чувствовать магию его эстетического ритма, метафизические тона рисунка и гармонии красок и ощутил, словно новый луч света упал на мою разочарованную душу; я фактически мгновенно погрузился в тихое молитвенное состояние. Когда затем я покинул галерею Кингора, то почувствовал, что во мне произошло нечто странное – я преобразился. Созерцая картины Николая Рериха, из подавленного жизнью меланхолика и циника я превратился в эстетического оптимиста, в человека, верящего в мистическую силу прекрасного... В моей душе, в моем сознании случилось чудо. Картины Рериха исцелили меня от тяжкой усталости. Это была внутренняя природа магии живописи – метафизическое свойство искусства, которое обычно приписывается иконографическому искусству прошлого. Это нечто хрупкое и интуитивное, не поддающееся объяснению ни техническими терминами, ни академическими аргументами».

В творчестве Николая Рериха воплощена великая космическая истина – искусство спасет человечество! Ибо искусство Рериха представляет собою расцвет форм прекрасного в наиболее существенном и универсальном смысле, оно кристаллизует огни лучших мечтаний и желаний человечества и призвано быть чем-то большим, нежели обычное искусство, – оно стремится служить человечеству и Беспредельности.

ИСКУССТВО – ДЛЯ ВСЕХ

Искусство в понимании Рериха – это не только чисто эстетический феномен, выявление внешних форм в пространстве и времени. Он заставляет форму трепетать духом, красоту – подняться до горизонтов великого Прекрасного. Красота для Рериха – «ступень мистерии Духа», устои храма Всевышнего. От эстетически-формального понятия она устремлена в беспредельное пространство Тонкого Мира: в сферы, где почитается красота сердца и разума, где пламенеет цвет и звучит дух, где мысли сияют всеми радужными красками тончайших энергий Космоса. В его искусстве к школе прекрасного относимы не только видимые, но и невидимые формы, проявленные в жизни, в наших отношениях, в любви и самоотверженности, в жажде по совершенному благозвучию человечества. Рерих верит во властную, реальную мощь творческой мысли, он знает, что она «в прекрасных формах и красках творит крылья человечества». Именно творческая мысль, стремящаяся воплотиться в формах искусства и культуры, ведет человечество вверх по пути эволюции, формируя в сознании человечества понятие об истинно Прекрасном и воспитывая любовь к всепобеждающей Красоте.

Как видим, понятое таким образом Прекрасное поднимает и само искусство к иному, одухотворенному измерению. Искусство для Рериха вовсе не означает эстетическое наслаждение и приятный досуг.

Искусство для него – «молитва и подвиг духа». Искусство – служение и священное таинство. Для него, как и для древних индусов, искусство является сестрой высшего знания и дочерью культуры: «В древней Индии искусство, религия и наука были синонимами Видья, или Культуры». Или, как говорил Леонардо да Винчи: «Живопись внучка природы и родственница Бога... Живописец должен быть всеобъемлющ... Продолжая то, что начал Бог, стремись умножить не дела рук человеческих, но вечные создания Бога».

Поэтому Рерих вновь и вновь подчеркивает великое, существенное, даже спасительное значение как красоты, так и искусства для всей эволюции человечества и грядущего Нового Мира. Он восклицает: «Только в Прекрасном победа!» Ведь благословенное влияние искусства и красоты на всех людей, прикоснувшихся к ним, поистине велико. «Все путники добра, все искатели искренние приставали к этому берегу. Как бы ни ссорились, как бы пи озверели люди, они все же объединенно замолкают при звуках мощной симфонии и прекращают препирательства в музее или под сводами Парижской Богоматери». В своем очерке «Музыка сфер» Рерих слагает гимн божественной миссии музыки:

«Сколько прекрасных сказаний от самых древнейших времен утверждает значение божественных созвучий...

Сколько прекрасных подвигов человеческих остались бы несовершенными, если бы они не были сопровождены вдохновляющим пением и музыкой...

...Нет такого дома, нет такой хижины, где бы отсутствовал звук, как возвышающая и успокаивающая гармония. Мы называем книгу другом дома, мы возвышаем глаз наш созерцанием прекрасных линий и красок. Разве мы не должны считать гармонию звука нашим водителем к мирам высшим?..

Соединяет людские сердца прекрасная симфония. Люди делаются не только слушателями, в сердце своем они становятся соучастниками прекрасного действа».

По убеждению Рериха, закон Прекрасного способен объединить людей, заставить понимать друг друга. Такова и миссия искусства – вернуть людям потерянное единство. На знамени Института объединенных искусств Рерих пишет слова: «Искусство объединит человечество. Искусство едино и нераздельно... Искусство есть знамя грядущего синтеза». В другом месте Рерих так характеризует высочайшую задачу искусства и прекрасного:

«Где же тот мост, который делает наши встречи такими дружественными? Где же тот ключ, который открывает наши сердца? И где же те крылья, которые через все препятствия несут нас во имя самого благородного и самого творческого? Прекрасное ведет нас через все мосты. Прекрасное открывает наиболее тяжкие затворы. Прекрасное ткет светоносные крылья и объединяет души человеческие в их стремлении к единому Свету».

Многократно Рерих говорит об искусстве как о международном языке, укрепляющем международные связи. Искусство является языком сердца – светлыми словами любви и сострадания, – на котором народы понимают друг друга даже тогда, когда они отгораживаются политическими или экономическими «китайскими стенами».

«Откуда же придет познание сущности вещей? Откуда придут мудрые взаимные отношения? Откуда придет единение? То единение, которое служит верным залогом наступательных, твердых движений. Только на почве истинной красоты, на почве подлинного знания установятся отношения между народами. И настоящим проводником будет международный язык знания и красоты искусства.

Только эти проводники могут установить глаз добрый, так необходимый для будущего созидания».

Великую ценность искусства и творческого труда, по утверждению Рериха, особенно следует осознать в наше время всеобщей растерянности, когда рвутся и разрушаются международные связи и царит механическая стандартизация жизни, когда налицо не только экономический, но и духовный и сердечный кризис. Николай Рерих глубоко убежден, что человечеству надо искать спасения в убежище красоты и искусства:

«Расцвет искусства и науки является разрешением житейских кризисов. Именно он обращает упадочное перепроизводство к более высокому качеству. Именно он заставляет людей задуматься над проблемами жизни, которые могут быть разрешены через мост прекрасного. Именно он окрыляет тех людей, которые иначе, под неволею условностей, обращаются в Панургово стадо. Словом, расцвет искусства и знания одухотворяет достоинство личности человеческой».

Если мы рассмотрим историю культуры, то увидим некую удивительную силу и закон, которые уже с первобытных времен продвигали все творческие достижения человечества и народов, весь прогресс и счастье, всё просвещение и культуру. Эта великая сила, говорит Рерих, – красота и знание. Какими возвышенными словами он поясняет это:

«Расцвет искусства есть знак расцвета народа. В разлагающейся стране искусство делается лишь отвлеченной роскошью. Но когда страна в полной силе, искусство становится истинным двигателем своего народа. Представим себе историю человечества без сокровищ красоты. Мы найдем, что целые эпохи останутся без всякого значения, лишенные их души. Без выявления духовной красоты мы останемся среди безобразия смерти. Когда мы говорим, что красота, искусство, творчество есть жизнь, мы тем самым говорим о грядущей эволюции. Все сделанное для творчества, для искусства уже есть подвиг эволюции. А каждый сотрудник на этом поле является уже героем».

Если творящая красота формировала и гармонизировала культуру, исцеляла и очищала сознание, то все же ее освобождающая власть, ее всеобъемлющая миссия в полной мере выявятся только в будущем. Пророчески и торжественно звучит голос Рериха, когда он взирает на роковой час грядущего преображения человечества.

«Венец Мира – всеобъединяющее Искусство, возносящее творчество, прекрасный подвиг духа. Всегда человечество нуждалось в этой панацее. А будет нуждаться и еще больше. Придут еще большие дни смущения и потемнения. И некуда будет обратиться духу человеческому, разве что к незыблемым твердыням Красоты».

Когда Рерих мыслит о Прекрасном, его существо словно наполняется молитвой ибо мысль о Прекрасном насыщает сознание силой несказуемого света. «Особенно в дни трудные мы должны твердить молитву сердца о прекрасном».

* * *

Николай Рерих с грустью замечает, что в повседневной жизни все же так «мало тех устоев, которые, единственно, могут вести к золотому веку единства». В жизни мало искусства. В жизни красота все еще падчерица. В противовес этому – призыв Рериха, словно мольба, неизменно звучащая в его сердце: «Помни о Красоте, не изгоняй ее облик из жизни и зови действенно и других к этой трапезе радости!.. В Красоте и в духе укрепятся силы твои, и взглянешь ты ввысь и прострешь крылья свои, как завоеватель сужденного Света». Но если где-то и встречается красота, то она зачастую уже стала роскошью, достоянием отдельных сословий.

«Лишь в невежестве мы думаем, что Прекрасное суждено только богатым и недоступно трудящимся. В превратном мышлении мы, пожалуй, придем к опасному заключению, что Прекрасное есть не что иное, как роскошь. Нужно раз и навсегда понять, что одухотворяющая сущность Прекрасного не имеет ничего общего с роскошью. Прекрасное – это не есть праздничный отдых, это не есть гость случайный. Прекрасное – это благородный водитель всей нашей жизни!»

«И вот сейчас, в щедрости, всем опять предложена живая ткань Красоты. И каждое живое мыслящее существо может получить из нее одеяние. И бросьте этот нелепый страх, шепчущий, что нечто не для вас. От серого страха будней надо лечиться. Ведь все для нас, только проявите желание из чистого источника».

Ныне красота и искусство суждены не для узких групп, искусство уже не привилегия, но радость красоты, предназначенная всем степеням сознания во всем мире. Красота и искусство – для всех! Из уст Рериха звучит новый, полный энтузиазма, пророческий зов новой эпохи:

«Искусство – для всех. Каждый чувствует истину красоты. Для всех должны быть открыты врата “священного источника”. Свет искусства озарит бесчисленные сердца новой любовью. Сперва бессознательно придет это чувство, но после оно очистит всё человеческое сознание. И сколько молодых сердец ищут что-то истинное и прекрасное. Дайте же им это. Дайте искусство народу, которому оно принадлежит. Должны быть украшены не только музеи, театры, школы, библиотеки, здания станций и больницы, но и тюрьмы должны быть прекрасны. Тогда больше не будет тюрем». Эти слова Николай Рерих в 1921 году посвятил Институту объединенных искусств, девизом которого они стали. Позже он добавляет: «Конечно, мы предполагаем не только физические тюрьмы, но и темницы духа».

Эти слова не остались у Рериха только идеей или на бумаге: Музей Рериха в Нью-Йорке проводит выставки картин не только в школах, общественных учреждениях и других местах, но даже в тюрьмах! Рерих непрестанно зовет к великой творческой активности, велит избегать слов, которые не завершал бы конкретный, реальный труд:

«Во внутреннем строительстве нашем неутомимо мы должны под благим знаком просвещения вносить красоту и знание в широкие народные массы, вносить твердо и деятельно, помня, что сейчас предстоит не идеология, не формулировка, но именно дело, творчество, сущность которого понятна и ясна без многословия.

Не слова, но дело. Мы должны помнить, что лик красоты и знания излечит народ от распущенности мысли, внушит ему основы достояния личного и общественного, откроет сущность труда и в лучшем понимании укажет народу путь высоких достижений духа».

Николай Рерих свято убежден, что вся наша жизнь и бытие должны основываться на красоте. Долг каждого культурного человека – вносить красоту везде и во все. Красота должна стать ежедневной необходимостью. Каждый шаг нашей жизни, любой труд должен быть прекрасен. Нам надо творить каждым прикосновением. Наша жизнь в быту должна стать произведением искусства, мелодией. «Даже полы могут быть вымыты прекрасно... Постоянно повторяя, как заклинание, – прекрасное, прекрасное, прекрасное, вы становитесь уже творящим в существе своем... Не убоимся постоянно иметь перед собою эту великую мысль». Рерих жаждет, чтобы люди настолько наполнили свою жизнь чувством прекрасного, что из нее совершенно исчезло бы все безобразное и человек постоянно жил энтузиазмом Красоты.

Рерих зовет внести в повседневный быт образы истинного искусства или хотя бы репродукции гармоничных произведений. Он также убедительно подчеркивает большое значение прикладного искусства и рукоделия. В будущем все вещи, создаваемые ремесленником, будут и произведениями искусства. Тогда быт и искусство станут едиными.

С другой стороны, если не все способны создавать прекрасное в прямом смысле слова, то все же каждый может сознавать прекрасное и воплощать его в своих мыслях. И, согласно убеждению Рериха, «очень часто создание мысленное гораздо выше выраженных при посредстве внешних средств искусства». В основе всего сущего, по его мнению, заложена творческая мысль. Потому мы столь ответственны за качество своих мыслей. Нам надо мудро пользоваться мыслью, как величайшей созидающей силой. Нам надо очищать и гармонизировать свою мысль. «Мы должны дисциплинировать себя в творческом мышлении, и в этом прекрасном творчестве сотрудничать со всем Космосом...

В самопожертвовании, в творении бескорыстного создания красоты, на котором мы сосредоточим высшую духовную силу, мы станем истинными сотрудниками Вышнего».

Своей творческой, глубокой мыслью мы становимся созидателями в высших, более тонких сферах, вступаем в сотрудничество с Беспредельной Красотой, вся наша жизнь начинает звучать возвышенным ритмом, окрашивается духовными красками и отблесками. «Из этого чувства Прекрасного рождается и благородство духа, постоянное творчество, героизм и подвиг». К вратам истинной красоты может привести только одеяние ежедневного подвига – такова настойчивая мысль Рериха. Надо созвучать всей великой жизни. Цвести всей жизнью. Сиять всеми цветами радуги – чисто и благородно.

«Украсить, улучшить, вознести жизнь – значит пребывать в добре. Всепонимание, и всепрощение, и любовь, и самоотвержение создаются в подвиге творчества».

Поэтому Рерих так подчеркивает великое, существенное значение творчества во всех выявлениях нашей жизни, ибо его дыхание одухотворяет каждый наш шаг, придает высшее, благороднейшее качество нашим деяниям и плодам их. Оно спасает нас от застывшей стандартизации и шаблонности. Ему сопутствует настоящее чудо: являясь истинными созидателями на материальном плане, мы нежными, тихими вибрациями камертона перенастраиваем свою душу на лад духовности. Вот почему Рерих без устали призывает зажечь и развить огонь творчества в детях уже с первых лет жизни. Оно должно лежать в основе всех интересов ребенка и учебных предметов школьника. Ребенку надо войти в величественные врата жизни как истинному творцу, с поднятой головой и сознательным взглядом, ему надо научиться обращать в благозвучие все стихийные потоки жизни, и если он не всегда станет художником, то облагородит красотой свое жилище, одеяние и быт. Чтобы способствовать этому, Рерих рекомендует хотя бы в школах знакомить детей с истинными предметами искусства, если в семье это еще трудно осуществить, – чтобы ребенок всегда ощущал вокруг себя благотворное влияние подлинного искусства. Как прекрасно, что и у нас, в Латвии, в последнее время начинают думать о святилище духа – об украшении школ картинами. Но такое украшение должно стать подлинной системой, которая преобразила бы школы в самой их основе и превратила в истинные источники света.

Для правильного развития инстинкта творчества, наряду с пониманием внешней, видимой красоты и восторга перед нею, надо развивать сердце. «Творчество есть выражение сердечной энергии», – говорит Рерих. Чтобы созидать и любить прекрасное, следует воспитывать и утончать сердце. Но воспитывает сердце красота духа, а именно: «Духовность, религиозность, подвиг, героизм, доброжелательство, мужество, терпение и все прочие огни сердца – разве не расцветают они в Саду Прекрасном?» Только прекрасное сердце может творить подлинные культурные ценности. Акультурное сердце, как бы человек ни был одарен, не способно на культурное искусство. Надо уберечь сердца от хаоса и безобразия. Воспитание сердца – это прежде всего воспитание в ребенке великих созвучий Живой Этики.

Так, Рерих устремляет к благозвучному настрою всех тонов и вибраций жизненных проявлений, цельности нашего бытия. Ведь эволюция человека является процессом гармонизации духа и жизни, постепенным врастанием и расширением в Беспредельной Красоте.

Первой мечтой Николая Рериха было: искусство – для всех, вхождение всех народов и сословий в круг Красоты. Вторая его мечта: синтез искусства, гармоничное созвучие всех его отраслей. Оба этих грандиозных плана Николай Рерих пытается осуществить в своем великом начинании – Музее Рериха.

МУЗЕЙ РЕРИХА

Музей Рериха

В Музее Рериха, главный центр которого находится в Нью-Йорке, реализуется синтетический жизненный труд Н.К.Рериха и его возвышенные, творческие, устремленные к горизонтам грядущего помыслы. Возможно, лишь в будущем человечество полностью осознает то величественное, симфоническое начинание, которое мог создать лишь поистине универсальный гений, творческий дух, чьи глаза и слух погружены в Красоту Беспредельного, но кто твердой поступью идет по коре нашей маленькой планеты, насыщая ее новым благородным, возвышенным ритмом. Это начинание, которое становится величайшим культурным движением современности, воистину открывает прекрасную страницу в истории человеческого духа.

Музей Н.К.Рериха в Нью-Йорке является всемирным центром культуры и искусства, ставящим своей целью способствовать международному взаимопониманию и братству путем искусства и знания. Уже давно Н.К.Рерих мечтал о Музейоне Пифагора и Платона – Доме Муз, где, как дружные сестры, обитали бы все девять Муз – рядом с богинями изящных искусств также богини наук; музее, который не был бы «темницей искусства», но домом Красоты, святилищем, где посетители обретали бы героическое вдохновение и приподнятость, очагом, у священного огня которого приходили бы согреться многие люди.

Музей Рериха не ограничивается только искусством, но стремится охватить все положительные аспекты творческой жизни культуры. Через свои многочисленные отделы и учреждения на всех континентах и среди всех народов Музей Рериха стремится дать человечеству высшие проявления творческой красоты, показать самые совершенные достижения в области знания. Для Рериха Культура является целостным светом духа, «суммой всех огненных творческих достижений». Музей Рериха сотрудничает со всеми, кто трудится на благо культурной эволюции человечества. Он помогает человечеству возрождать бытие в наиболее глубоком и благородном виде. Цель Музея – путем красоты и знания способствовать ускорению эволюции человечества, устремляя его к великому будущему.

Действительно, жизнь Николая Рериха идет под счастливой звездой: все, за что он с восторгом берется, каким бы неисполнимым это ни казалось вначале, впоследствии расцветает, достигая великолепных вершин.

Когда у Рериха и его друзей в 1921 году появился замысел учредить Институт объединенных искусств, у них не было ни средств, ни других возможностей претворить в жизнь свои великие планы. Однажды, когда Рерих в Нью-Йорке искал помещение, неожиданно на улице какой-то греческий художник предложил ему просторную однокомнатную мастерскую. Начало было положено. И в этой комнате вместе звучали первые звуки рояля, рождались первые скульптурные и живописные образы. Некоторые сторонние люди недоверчиво усмехались такому начинанию. Но они не знали практического энтузиазма Рериха, огня его сердца и великой веры в будущее. По его убеждению, не обстоятельства, но огненное устремление человека, как магнит, привлекает к нему все наилучшие возможности. Так мечта о мощном строении света постепенно победила. Благое начинание Рериха привлекло друзей, нашлись и средства. В скором времени студия переместилась в новое, гораздо более просторное помещение, расширились ее отделы.

Музей Рериха был основан 17 ноября 1923 года, с собранной друзьями коллекцией из 315 картин Рериха. И, наконец, в 1929 году, при помощи друзей и благодаря организаторским способностям самого Николая Константиновича, преодолевшего громадные финансовые трудности, было построено монументальное, чудесное здание Музея Рериха, великолепнейший храм искусства и культуры этого столетия – 29-этажный Дом Мастера – Master Building. Прекрасное здание, увенчанное башней в восточном стиле, своими размерами и пропорциями воистину является символом гармоничной архитектуры будущего.

Собрание картин в Музее значительно пополнилось в результате азиатской экспедиции Рериха – было привезено пятьсот произведений Тибетско-Гималайской серии. Эти картины объединены и выставлены в особых помещениях, названных залами Елены Рерих, духовной водительницы всех учреждений Музея. Уже в скором времени после открытия большого здания Музея было собрано около 1000 картин и этюдов Рериха. Это число с каждым годом все увеличивается благодаря новым чудесным знамениям творческого духа.

Индивидуальность Николая Константиновича столь многогранна, и можно сказать, что она отражает стремления и достижения лучших умов человечества. В своих трудах он дает всю амплитуду человеческой духовной эволюции: великих божественных воителей и людей, достигших озарения, духовных вождей человечества и основателей религий, битву Иерархии Света с хаосом тьмы. Творчество Рериха является духовным ядром Музея, но в своей направленности Музей стремится стать выразителем ценностей всей мировой культуры и наследия великих творцов человечества.

В самом начале основатели Музея ставили своей целью собрать в нем образцы культуры и искусства разных народов. Так, еще в 1924 году начали подбирать картины для секции американского искусства, в которой теперь насчитывается более ста значительных работ. Кроме того, созданы разделы панамериканского, итальянского, шведского, испанского, финского, восточного искусства, а также искусства других народов. Большого внимания заслуживает также Тибетская библиотека Музея, имеющая, между прочим, 330 томов священных книг Тибета, «Канджур» и «Танджур», и религии бонпо, которые привезла из Тибета экспедиция Рериха. Библиотека расположена в особом Восточном зале, отделанном в своеобразном восточном стиле тибетским художником Дон-Друпом. Кроме того, в Музее есть залы, посвященные Св. Сергию, Св. Франциску, Спинозе, комнаты Маха-Бодхи и другие; таким образом, здесь заложено основание будущего Музея религий. Для торжественных собраний и концертов устроен особый зал, носящий имя Николая Рериха. В Музее определены и помещения для хранения разнообразных научных коллекций Института гималайских исследований «Урусвати».

Примечательно, что за первое десятилетие существования Музея его посетили 250 тысяч человек, в том числе многочисленные школы и организации.

В целях расширения намеченных задач Музея Рериха в мировом масштабе в 1926 году при Музее было основано Общество друзей Музея Рериха – международная организация, посвященная идеалам братства и культуры, которых можно достичь путем науки и искусства и которые запечатлены Рерихом в его картинах и книгах.

С другой стороны, цель этого Общества – осуществить мечту Рериха, создать объединяющий мост между западной и восточной культурами, способствовать, во благо человечества, братскому сотрудничеству между духовными традициями Азии и научными достижениями Европы.

Кроме Николая Константиновича и Елены Ивановны Рерих, среди почетных советников и попечителей Музея присутствуют такие выдающиеся имена, как Свен Гедин, Рабиндранат Тагор и его братья, Масарик, Эйнштейн, Келлог, Милликен, Джагадис Боше и другие, широко известные в культурном мире.

Общество Рериха начало свою деятельность в многочисленных секциях. Основаны секции, посвященные национальным группам, желающим познакомить Америку с культурными достижениями своих стран. Так, существуют французская, финская, скандинавская, немецкая, славянская, японская, колумбийская, южноафриканская, английская и, наконец, сибирская, или русская, ассоциации. Последняя секция, которой заведует известный писатель Г. Гребенщиков, основала в помещениях Музея часовню Св. Сергия. Интересно отметить, что Гребенщиков недалеко от Нью-Йорка основал также сельскохозяйственную и духовную общину-колонию «Чураевка», куда переместил и свою типографию и издательство «Алатас». Далее, существуют секции, посвященные выдающимся духовным личностям, жизнь и труды которых звучат героическим синтезом: Оригену, Св. Франциску и Спинозе. Кроме того, существует группа Шекспира. Наконец, есть отделы и общества с общекультурными, художественными или философскими идеалами: Лига Нового Человечества, Клуб юных идеалистов, Ассоциация почитателей мысли, Академия творческого искусства, Центр юных музыкантов и т.д. При Обществе Рериха состоят и следующие весьма важные организации: Всемирная Лига Культуры, Объединение женщин, Панамериканская Ассоциация женщин и, наконец, Комитет Пакта Мира, о котором речь у нас будет далее. Несмотря на кажущееся поразительно большим количество этих объединений, во всех секциях и обществах происходит весьма интенсивная, одухотворенная и самая положительная культурная деятельность.

Великий культурный труд Нью-Йоркского Музея привлек много друзей также из других народностей и стран. Их вдохновляло как искусство Рериха, так и его идеи и самоотдача культурному созиданию лучшего будущего человечества. Таким образом, были основаны отделы Общества имени Рериха во всех частях света, и в настоящее время их уже свыше восьмидесяти в тридцати странах. Всех их объединяет одна общая цель и общее устремление: способствовать сотрудничеству и содружеству народов и отдельных личностей во имя искусства и знания. В Европе главным центром является Париж, здесь деятельно работает и русская секция, общество осетинов. Кроме того, есть еще общества в Риге, Каунасе, Таллине, Белграде, Загребе, Берлине, Софии и др. Культурно-художественная деятельность Общества в Риге расцвела благодаря активности вдохновителя и основателя Общества д-ра Феликса Лукина.

Программа деятельности Нью-Йоркского центра Общества Рериха весьма широка и многообразна. В сотрудничестве с Музеем за первые десять лет выполнен удивительно большой объем работы. На основах сотрудничества Центр поддерживает многие учреждения, находящиеся в ведении Музея, например, Институт объединенных искусств, «Corona Mundi», «Урусвати» и т.д. Он организует многочисленные лекции, концерты, драматические вечера, налаживает и поддерживает международные отношения в области искусства и культуры, направляет лекторов и в другие страны, например, в Южную Америку. В одном только 1930-31 году в содружестве с Музеем, используя его залы, особенно Зал наций, Общество Рериха устроило около ста лекций и представлений, где выступали многие выдающиеся деятели искусства. Многие вечера посвящались культуре и искусству отдельных народов, например – финской музыке, древней культуре японцев, боливийцев, французов, англичан, майя и инков. Примечательно, что в 1932 году Общество Рериха посвятило один вечер латышской музыке, в котором участвовали Альфред Калныньш и другие наши музыканты.

Творческие, пламенные мысли Николая Константиновича и Елены Ивановны Рерих постоянно вдохновляют деятельность всех этих обществ и секций. Образно говоря, это мощное строение растет с каждым годом, своим фундаментом и куполом касаясь гармонии будущего.

Институт объединенных искусств

При создании Института объединенных искусств, открытого 17 ноября 1921 года, Николай Рерих хотел воплотить ранее упомянутые слова, данные им в качестве девиза для знамени своего учреждения:

«Искусство объединит человечество. Искусство едино и нераздельно. Искусство имеет много ветвей, но корень един. Искусство есть знамя грядущего синтеза. Искусство – для всех. Каждый чувствует истину красоты. Для всех должны быть открыты врата “священного источника”».

Рерих, который во всеобъемлющей деятельности своей жизни сам объединял разные виды искусства, синтезировал живопись, декоративное, графическое и прикладное искусство, этот существенный синтез творческого труда стремится воплотить и в своей школе. С другой стороны, укрепляя в воспитанниках теоретические и практические основы искусства, он учит их осознанию идеалов красоты, далеко превосходящих пределы обычной школы.

В обширной программе работы Института имеются отделы по всем видам искусства: музыки, живописи, скульптуры, архитектуры, оперы, балета, драмы, литературы и т.д. По мере развития школы занятия по отдельным видам искусства расширяются и дифференцируются. Так, к классам органа, скрипки, рояля, арфы со временем присоединились классы знакомства с другими инструментами. Вместе с тем обращено внимание на особые разделы музыки: например, учреждены общества камерной и хоральной музыки, последнее посвящено церковной музыке современных и старых мастеров; и в целом в Институте ей отведено заметное место. Такие же дифференциация и углубление происходят и в других отраслях искусства.

В последнее время организованы курсы прикладного искусства (по керамике, столярному делу и т.д.), цель которых – подготовить творчески мыслящих и культурных ремесленников. По убеждению Рериха, и ремесло должно стать отраслью подлинного искусства, ибо каждый вид его должен служить жизни, и жизнь должна преобразиться образами прекрасного. Каждый простой предмет обихода должен служить не только практической полезности, но и украшению и гармонизации жизни.

Воспитанникам Института читаются и общеобразовательные лекции по разным предметам искусства и науки, доступны им и вечера, устраиваемые Обществом Рериха. Интересны также методы преподавания в школе, еще более подчеркивающие единосущность всех видов искусства: так, например, на уроках живописи иногда звучит музыка, что известным образом влияет на художественное творчество.

О деятельности Института, нацеленной на объединение искусства и объединение человечества через искусство, Рерих говорит:

«Жизнь подтвердила, что всякое объединение полезно. Подтвердила, что практично (не убоимся и этого слова) иметь под одной крышей разные отрасли искусства, имея общую библиотеку, общую канцелярию, общее художественное выступление, общее руководство и ближайший обмен между отдельными отраслями. Жизненно дать возможность учащимся пробовать свои силы в разных отраслях, пока они не остановятся на окончательном избрании. Жизненно, чтобы происходило общение музыкантов, живописцев, декораторов. Жизненно оказать преподавателю полное доверие, предоставив ему выявить в жизни свои методы. Результаты покажут, прав ли он, ибо, как и во всей жизни, мы должны судить по следствиям.

Жизненно дать возможность учащимся как можно скорее пробовать свои силы в жизни, уча их мужеству и охраняя от вульгарности. Жизненно, как делали Джайлс и Бистран, дать музыку во время живописных классов и давать лекции, своим художественным и философским содержанием подымающие и объединяющие дух всей художественно-рабочей гильдии».

Или в другом месте:

«Наша задача лишь привлекать лучших преподавателей и всеми силами создавать лучшие возможности для учащихся, окружая их высококультурной мыслящей атмосферой, конденсированной в таком объединенном Центре, порождающем здоровое творчество, – творчество, не связанное узкими предубеждениями и прочими последствиями невежества».

Следует отметить, что при Институте открыто детское отделение, чтобы обучать и воспитывать детей в атмосфере высоких идеалов посредством разных видов искусства. Мы уже знаем чрезвычайную важность развития в ребенке влечения к творчеству и гармонизации, что преображало бы для него пошлость жизни в творческую радость о прекрасном, – это подчеркивал Рерих уже в 1924 году в своей книге «Пути Благословения»:

«Не изгоняйте детей из храма... Откройте в школах пути к творчеству, к великому искусству. Замените пошлость и уныние – радостью и прозрением. Развивайте инстинкт творчества с самых малых лет ребенка. Уберегите от гримасы жизни. И дайте ему счастливую, смелую жизнь, полную деятельности и светлых достижений.

Бичи человечества – пошлость, одиночество и тягость жизнью минуют молодую душу творящего».

Детские классы в Институте занимают важное место, организован и детский театр.

Далее – при Институте открыто отделение для незрячих, согласно девизу которого – «Через искусство к свету», – красоту и творчество следует считать истинным зрением человека. Слепых учат музыке, ваянию, литературе, поэзии и журналистике, применяя новые, весьма успешные методы. Постепенно осуществляются и замыслы устройства библиотеки для слепых, особенно – по музыке.

Существует и отдел для дефективных детей, и летняя школа. Для того, чтобы искусство и знание были доступны по возможности более широким массам, плата за учебу в этих школах установлена небольшая. Для воспитанников Института учреждены 42 стипендии, которые носят имена выдающихся людей (Николая Константиновича и Елены Ивановны Рерих, Уитмена, Тагора, Вашингтона и др.).

После окончания Института учащиеся, будь то студенты, художники, педагоги, композиторы, выказывают в жизни большие творческие способности, многие из них занимают видные места среди деятелей культурной нивы. Каждый выпускник, кроме великой радости творчества и стремления к всеобъемлющим знаниям, уносит в жизнь и окрыленное желание трудиться во имя эволюции человечества.

* * *

Наряду с глубоким уважением к творчеству и к самому творящему, Рерих мечтает возвысить – как в школе, так и в жизни – понятие учителя. Рерих знает, что не было расцвета в истории человечества, при котором в народном сознании не выявилось бы почитание учителя, когда люди не чувствовали бы в своей жизни великое, возвышающее жизнь благословение духовной иерархии. Таким учителем жизни, по убеждению Рериха, должен явиться и каждый школьный наставник; он должен быть не только преподавателем, но и истинным водителем и вдохновителем, который опытом своего духа побуждает, ободряет, зажигает, призывает к подвигу блага и красоты.

«Благословенны Учители, – пишет Рерих в своей книге «Твердыня Пламенная», – когда ведут они благою, опытною рукою к широтам горизонта. Сладостно, когда можем вспоминать Учителей своих со всем трепетом сердечной любви.

Учительство старой Индии, углубленное понятие Гуру – Учителя, особенно и трогательно и вдохновительно. Именно вдохновительно видеть, что свободное, осознанное почитание Учителя существует и до сего дня. Истинно, оно составляет одну из основных красот Индии. Без сомнения, то же понятие жило и среди старых мастеров Италии и Нидерландов и среди русских иконописцев. Но там сейчас оно уже в прошлом, тогда как в Индии оно еще живет и не умрет, надеюсь».

Сам Рерих во многих статьях с почтением упоминает имена своих великих учителей: Куинджи, Пюви де Шаванна, Кормона, которые, уча величию искусства, обращали взор ученика и к величию духа. Рерих в восторге от их терпения, утверждения положительного, неизменного стремления к Свету, широких, высококультурных взглядов. В других статьях, расширяя понятие учителя до границ духовного водительства, он призывает подражать и великим Учителям религий: Оригену, Св. Франциску, Сергию Радонежскому и другим. Но подражать Высшим Индивидуальностям лучше всего положительным творческим трудом в жизни.

Рерих считает великим позором для всей планеты, что ее учителям приходится пребывать в нищете и бедности, что притесняют и закрывают сами школы. «Народ, забыв учителя, забыл свое будущее». Рерих приводит слова из Учения Живой Этики: «Позаботимся, чтобы учитель был самым ценным лицом среди установлений страны». В другом месте он говорит: «Педагог есть друг позитивного творящего правительства, ибо учитель существует для постоянного создавания и утверждения человеческого достоинства. Кто же скажет молодому поколению о самом прекрасном, о самом творческом, о самом мощном, о геройском, о самом познавательном. Действительно, от учителя мы ожидаем ведания самых высоких понятий. Мы ожидаем от него и терпения, и неустанного труда, и постоянного обновления, и в то же время мы не заботимся о том, чтобы эти высокие условия и запросы были достаточно обеспечены».

Такой возвышенный, иерархический образ учителя Рерих пытается воплотить в жизнь в своих школах, насколько это возможно в современных условиях. В качестве преподавателей приглашаются многие выдающиеся личности, известные в художественной и педагогической среде, нередко и те, кто ненадолго посетил Нью-Йорк; это делается для того, чтобы воспитанники могли всесторонне обогатиться знакомством с разными творческими личностями.

В своих книгах Рерих нередко намечает линии реальных планов идеалистического школьного обучения и воспитания. Во-первых, в программы будущих школ должны войти жизнеописания подвижников, героев и духовных вождей, чтобы дети могли глубоко вникнуть в смысл их жизни, убедиться, что эти люди действительно были «факелами прогресса». Детям надо научиться не только читать биографии, но и самим их писать, т.е. уметь объективно оценивать поступки современных деятелей, так же как и современную культуру. Школа должна дать понимание, что такое настоящие духовные ценности и кто их создатели. Вновь и вновь Рерих призывает: «Пусть в школах еще больше говорят о подвиге, о великодушии, о творчестве мысленном и действенном», «о полезнейших открытиях, и о всем светлом Благе». Детей надо знакомить с легендами, ибо легенды вовсе не являются абстракциями, но реальностью, созданной мечтами народа. Молодежь любит мечтать о подвиге, но надо помочь воплотить ее идеалы в верные, благородные формы жизни. В школах надо вводить курс Живой Этики, но так, чтобы этические нормы не становились мертвыми догмами, но являли красоту неустанного творчества духа. С другой стороны, в школах надо учить искусству мышления и вводить курс воспитания внимания, это даст ученикам великую силу характера: умение мгновенно сосредоточиться, находчивость и способность размышлять о возвышенных предметах. Вместе с тем школа не должна забывать о воспитании сердца у детей. Ребенка уже с малых лет следует направить на путь сознательной гармонизации самого себя. Но именно потому наряду с пробуждением сознания в ребенке необходимо формировать и его мировоззрение, и это достижимо «синтезом радости совершенствования и творчества».

Свои педагогические линии, кроме учрежденных им школ, Рерих стремится проводить и в созданном им при Музее Институте прогрессивного воспитания, посвященном образованию взрослых людей, а также в Латиноамериканском институте, цель которого – способствовать культурному взаимопониманию между государствами Южной и Северной Америки. Но мечту воспитания красотой самых широких масс Рерих воплотил в своем учреждении «Corona Mundi».

Corona Mundi

«Corona Mundi» – Международный художественный центр при Музее Рериха основан в 1922 году. Венцом Мира является «всеобъединяющее Искусство, возносящее творчество, прекрасный подвиг духа». Такое великое и святое поручение Николай Рерих возложил на искусство. На щите художественного центра в качестве девиза помещены открывающие горизонты слова Рериха:

«Предстали перед человечеством события космического величия. Человечество уже поняло, что происходящее неслучайно. Время создания культуры духа приблизилось. Перед нашими глазами произошла переоценка ценностей. Среди груд обесцененных денег человечество нашло сокровище мирового значения. Ценности великого искусства победоносно проходят через все бури земных потрясений. Даже “земные” люди поняли действенное значение красоты. И когда утверждаем: Любовь, Красота и Действие, мы знаем, что произносим формулу международного языка. Эта формула, ныне принадлежащая музею и сцене, должна войти в жизнь каждого дня. Знак красоты откроет все “священные врата”. Под знаком красоты мы идем радостно. Красотою побеждаем. Красотою молимся. Красотою объединяемся. И теперь произнесем эти слова не на снежных вершинах, но в суете города. И, чуя путь истины, мы с улыбкою встречаем грядущее».

Цель «Corona Mundi» – воплотить в жизнь пророческий призыв Рериха: искусство для всех! Неотложное требование времени – распространить наиболее широко новое, идеальное понимание прекрасного: красота не роскошь, по величайшая необходимость нашей практической жизни. Это значит – заставить затрепетать сердца любовью к творческой красоте.

Объединить отдельные личности и нации в создании худол<ественных ценностей, способствовать обмену культурными сокровищами и совместному труду на поприще красоты в самом широком смысле этого слова. Народы должны познать великие мировые ценности искусства. Всем надо идти путем творческого украшения жизни. И здесь в качестве инициаторов надо приглашать к сотрудничеству не только художников и коллекционеров, но и всех культурных деятелей и интеллигенцию, даже детей – всех тех, кто станет созидателями будущей культуры. Конечная цель «Corona Mundi» – приложить все силы, чтобы искусство стало поистине языком взаимопонимания и содружества народов.

Свою широкую общечеловеческую программу «Corona Mundi» стремится выполнить, устраивая местные и передвижные выставки, сотрудничая с различными культурными организациями. В дальнейших планах – проводить лекции, концерты, издавать книги, помогать музеям и частным лицам составлять коллекции, репродуцировать и реставрировать картины, приобретать или обменивать ценности искусства, организовывать художественные и археологические экспедиции.

За 12 лет в залах Музея Рериха устраивались многочисленные разнообразные художественные выставки. Все их характеризует единый настрой – они охватывают искусство отдельных эпох, наций и личностей. В этом истинном пантеоне красоты всех народов уже прошли выставки современного американского искусства, древнеитальянского и фламандского, бразильского, австралийского, индейского, индийского, японского, еврейского, немецкого, французского, а также многочисленные выставки отдельных художников; кроме того, выставлялись коллекции русских икон, тибетских священных знамен и др. Так, своими художественными связями Музей Рериха соприкасается с искусством народов, еще не добившихся известности в международном общественном сознании. Об этих выставках Рерих говорит, что они призваны «привлекать лучшие творческие силы и в благодатном многообразии утверждать взаимопонимание и дружественность наций. Памятуем, что путь красоты есть путь взаимного восхищения и понимания».

Весьма значительным начинанием являются передвижные выставки, ибо они несут искусство в самые отдаленные уголки Америки, в самое сердце народа, и не только так называемому образованному классу. «Corona Mundi» в полной мере осознает значение полезного и воспитательного влияния прекрасного, поэтому планы работы с посетителями столь разнообразны и широки. Передвижные выставки приняли у себя не только более ста американских школ, интернатов, университетов, библиотек, музеев и художественных галерей, обществ и клубов, но и учреждения, где выставки никогда не устраивались, но где благословение искусства наиболее нужно: больницы, детские приюты и даже – тюрьмы (в том числе известная «Синг-Синг»!). Далее, виднейшим музеям Южной Америки на время предоставлены для экспозиции 39 картин Рериха. Нужно заметить, что всем этим широким циклом своих выставок, как и своей первой выставкой картин в 1904 году в Сент-Луисе, Рерих выявил и свою веру в Америку, как в страну новых возможностей и ценностей. В новую Америку, которая первая помогла столь величественно воплотить великую симфонию его помыслов.

Издательство Музея Рериха

Выдающимся начинанием является и издательство Музея Рериха (Roerich Museum Press), которое своим девизом поставило слова: «Основы Новой Эпохи зиждутся на Красоте и Знании». В планах этого учреждения публикация творений великих, светлых представителей человечества. От ценностей прошлого оно устремлено к возвышенному будущему. В его ведении издание всей литературы, связанной с Музеем: ежегодников, обзоров, журналов, здесь печатают и многочисленные репродукции картин Рериха. Под названием «Книги Новой Эпохи» (New Era Library) оно опубликовало целый цикл важных изданий по вопросам культуры, в том числе восемь томов трудов Рериха на английском языке. Издательство «Новой Эпохи» начало серии, названия которых звучат подобно эпосам Нового Мира: «Свет Америки», «Свет Азии», «Heroica», «Урусвати», «Музей Рериха», «Слова Вечности», «Песни и саги». В известной степени издательство Музея Рериха является образцом прессы будущего, ибо дает возможность охватить взглядом все благороднейшие, наиболее творческие культурные явления, всё то, что стремится объединить всех людей в красоте и знании.

«Не будем еще раз повторять, – говорит Николай Рерих, – что истинная валюта есть валюта духовных ценностей. Источниками этих ценностей несомненно остаются книги, на разных языках приносящие единый язык духа... Даже среди стесненного нашего обихода нужно найти место достойное истинным сокровищам каждого дома. Нужно найти и лучшую улыбку тем, кто собирает лучшие книги, утончая качеством их сознание свое. Неотложно нужно ободрить истинное сотрудничество вокруг книги и опять внести ее в красный – прекрасный угол жилища нашего...

Книга, как в древности говорили, – река мудрости, напояющая мир! Книга, выхода которой еще недавно с трепетом ожидали и берегли наилучшее ее издание... О достоинстве книги именно сейчас пробил час подумать...

Любите книгу!»

Общежитие

Объединяя в себе все отрасли прекрасного, являясь истинным центром культуры, обиталищем искусства и воспитания, 29-этажный «Дом Мастера» Музея Рериха – Master Building, кроме чисто культурных учреждений, включает в себя и так называемые апартаменты – квартиры, напоминающие общежитие и предназначенные как для учеников Института объединенных искусств, так и для членов Общества Рериха. Небольшие квартиры устроены весьма удобно и красиво, с учетом последних требований гигиены и зодчества. Из каждого окна открывается великолепный вид поверх парков и улиц Нью-Йорка. На нижнем этаже находится просторная столовая, где воспитанники и члены Общества за небольшую плату могут питаться. Таким образом, учащиеся и в своих квартирах чувствуют себя как в уединенной, наполненной гармонией студии, что, конечно же, прекрасно влияет на их учебу и творчество. С другой стороны, среди членов Общества (в количестве около 450) есть много художников, писателей, учителей: здесь нет случайных арендаторов, здесь люди, объединенные художественным вдохновением и стремлением воплотить прекрасное в жизнь. Таким образом, члены Общества испытывают влияние общего творческого воодушевления, а также воспитательное воздействие атмосферы многочисленных учреждений Музея. Стало быть, здесь можно говорить о «воспитании взрослых», что, несомненно, в будущем займет весьма важное место в образовательной программе каждого государства.

В здании Музея расположены большая библиотека и Зал наций (Hall of Nations) на 500 человек, где проходят лекции, концерты, киносеансы, открытые вечера воспитанников Института и культурные вечера других организаций. Так Зал наций с разнообразной программой, проводимой Обществом Рериха, стал инициативным и объединяющим центром духовной интеллигенции.

Мы поймем, откуда явился этот громадный прогресс в двенадцатилетней деятельности Музея Рериха, если помыслим, что в основу этого монументального строения Рерих положил весь опыт своей многогранной жизни, всю пламенную творческую волю и неустанное горение сердца, всю свою жажду единения и истинной культуры. Также и Музей Рериха во всей своей деятельности, вдохновленный идеалами Мастера, устремлялся к осуществлению великого Единения – этого великого созидателя, возродителя и одухотворителя человечества. Единение в искусстве выявляет Институт Объединенных Искусств. Единение в братстве мечты о прекрасном – «Corona Mundi». Единение во всех общечеловеческих отношениях – Общество Рериха. И, наконец, единение в знании – «Урусвати». Прежде чем перейти к рассмотрению одного из величайших достижений Музея, проследим историю его возникновения.

По дорогам Азии

Выдающимся событием в истории Музея была научная экспедиция Рериха по Срединной Азии, начавшаяся в марте 1925 года. Экспедиция, со всеми приготовлениями на склонах Гималаев, длилась пять лет, в дороге она столкнулась с множеством громадных трудностей и препятствий, но, единственно благодаря гениальной прозорливости и несгибаемой воле Рериха, не только была доведена до конца, но увенчалась успехом, который вряд ли имела какая-либо иная экспедиция до нее. Выйдя из Сиккима в Гималаях, через Кашмир и Малый Тибет, через перевалы Каракорума экспедиция достигла Китайского Туркестана, а затем дошла до сибирских гор Алтая, до Омска и Верхнеудинска, оттуда через Монголию – в Ургу, затем через пустыню Гоби, обширное плоскогорье и горы Тибета дошла до Гималаев и вернулась в Сикким. На своем пути экспедиция преодолела 35 тяжелых горных перевалов высотой от 14 до 21 тысячи футов. Какие чрезвычайные сложности были сопряжены с этими перевалами, можем судить по тому, что, без учета одних только трудностей по подъему, уже сам воздух на такой высоте утруждает дыхание, вызывает головокружение, кровотечения, нередко путешественникам угрожают снежные бури; с другой стороны, сверкающий на солнце снег вызывает невыносимый жар и так называемую снежную слепоту. Кроме снежных бурь, в которых часто гибнут люди, при сковывающей стуже и на обледенелых непроходимых кряжах экспедиция пережила и многие другие бедствия. Далее были и иные опасности – вымершие дороги Гоби, по которым редко кто осмеливается ходить. Несколько раз экспедиции угрожали нападения банд грабителей: даже местные администрации часто бессильны в борьбе с властителями пустыни – голоками и торгоутами. Трагическую ситуацию экспедиция пережила на одном тибетском нагорье, где местный генерал продержал ее полгода на высоте 15000 футов в суровейших зимних условиях (-50°С), в занесенных снегом палатках, при нехватке продовольствия. Здесь от холода и болезней погибло несколько работников каравана, местных жителей, и большинство верблюдов. Можно сказать, что и остальные участники находились на краю гибели. Надо учесть, что все чрезвычайные трудности экспедиции перенесли и три женщины, среди них сильная духом, самоотверженная Елена Ивановна Рерих. Им приходилось ютиться в легких летних палатках на опасных высотах. Но, как всегда, и здесь в последний момент пришло спасение.

В этой экспедиции Николай Рерих проявил не только большие организаторские способности, великую энергию и оптимизм, но и тонкий талант психолога по отношению к местному населению и отдельным людям. Рерих в своем путешествии проник в самые неисследованные места Срединной Азии, прикоснулся к душе народов и к их жизни так, как до сих пор не удалось ни одному европейцу, уловил биение сердца Азии, приблизился к самому священному, светлому, одухотворенному в этом сердце. В жителе Азии он увидел человека, встал рядом с ним как с братом, пытаясь понять его Бога, делясь с ним хлебом насущным, прислушиваясь к его легендам, мечтам и стремлению к лучшему будущему мира. Чутким касанием души и словом, наиболее священным для их сознания, он проник в тайные глубины сердца азиата. Именно поэтому Рериха в Азии так уважают, поэтому он так популярен в Индии и Монголии, в Тибете, даже в Китае и Японии. Ибо Азия понимает и знает, что есть духовная личность.

В своих книгах «Сердце Азии» и «Алтай – Гималаи» Рерих показывает великую человечность и дружественность азиатов по отношению к тем, кто приближается к ним как к равным, ибо в области морали мы еще многому можем у них поучиться. Однако он не скрывает и видимых недостатков и некоторого оцепенения; особенно в жизни тибетцев он наблюдал множество противоречий. С одной стороны – великие осознания, даже духовность, с другой – колоссальные предрассудки и тьма невежества, полное искажение религиозных форм буддизма.

Экспедиция в самой полной мере выполнила все намеченные задачи: ознакомиться с сердцем Азии, создать научную и художественную эпопею о духовной и материальной культуре Востока. Были изучены места, представляющие интерес для археологии, где в будущем можно было бы проводить более широкие изыскания, обнаружены доселе неизвестные памятники искусства кочевых племен, особо ценные исторические находки – мегалиты; проведены многие археологические, этнографические и лингвистические исследования среди малоизвестных народностей и местностей, собран богатый научный материал. Далее – знакомство с древним искусством Азии и с ремеслами, о гармонических изделиях которых Рерих с восторгом рассказывает в своей книге, а также соприкасание с высшей духовной культурой Азии, с духовными знаниями, народными верованиями и легендами. Из путешествия экспедиция привезла много ценных древних рукописей, предметов, фотографий, в том числе упомянутые ранее 300 священных книг – громадную ценность для истории религий и востоковедения.

Во время путешествия Рерих написал около 500 картин, большей частью это пейзажи и картины на сюжеты из жизни местных жителей, с их обрядами, природой, с городами, крепостями и монастырями; в сотнях вариаций он изображал царственные вершины Гималаев, вечно изменяющихся в своей симфонии могущества, в сказочной красоте и вечной молодости, звенящих красками в величественной тишине. Воспринял он и религиозный лик Азии, живые источники духовной жизни и – застывшие формы. Эти коллекции, как мы уже писали, Рерих передал Нью-Йоркскому Музею.

Кроме книг и очерков самого Николая Рериха, ценнейшее научное исследование об этом путешествии написал его сын Юрий – монументальный труд «По тропам Срединной Азии». Президент Международного института антропологии Л.Марен в своем предисловии к этой книге причисляет Ю.Рериха к числу выдающихся востоковедов современности. Юрий Рерих – крупный знаток тибетского, монгольского, китайского, персидского и других азиатских языков; с последними он познакомился еще в Париже, посещая Школу восточных языков. Читателя поистине изумляют энциклопедические знания и эрудиция автора, обнаруженные им при обработке столь огромного материала. Многие главы являются по сути самостоятельными исследованиями, например, об открытии экспедицией некоторых неизвестных ранее народностей в горах Тибета или об изучении древних памятников – мегалитов, о наличии которых в Тибете никому до сих пор не было известно; затем – об искусстве кочевников, «зверином стиле», родственном стилю древних скифов и готов, и т.д. Будучи помощником руководителя экспедиции и переводчиком, Юрий Николаевич лучше всего мог вникать в нравы и психологию местных жителей, он беседовал как с тибетскими ламами и мудрецами, так и с китайскими генералами и вождями кочевников, перед ним открывались буддийские монастыри и пагоды. Поэтому в его книге так много точных дат и наблюдений, которые раскрывают перед нами все духовное и общественное обличье Срединной Азии во всем ее калейдоскопическом многообразии.

Вернувшись в Индию, Николай Рерих учредил в долине Кулу, на склонах Гималаев, научный институт «Урусвати», который, по сути, продолжает начатые экспедицией изыскания эмпирических форм духовной культуры народов Азии.

Что же постиг Рерих в сердце Азии? Как он смог достичь того, что труднее всего: проникнуть в глубины мистерии сердца Востока? Это мы ощущаем, читая его возвышенный труд о Шамбале. В этой книге Рерих собрал чудесные легенды народов Азии, верования и пророчества о высшей ступени полноты знания, которые, по их убеждению, уже исполнились на Земле в лице Братства, направляющего судьбы человечества, и которые с наступлением новой эпохи познает и все человечество. Рерих показывает, как в душе Востока отзвучит сокровеннейшее для нее слово, в котором сокрыта вера в возрождение духа человечества. Приведем несколько строк:

«Если будет произнесено здесь (в Европе – P.P.) самое священное слово Азии – “Шамбала”, вы останетесь безучастны. Если то же слово будет сказано по-санскритски – “Калапа”, вы также будете молчаливы. Если даже произнести здесь имя великого Владыки Шамбалы – Ригден-Джапо, даже это громоносное имя Азии не тронет вас.

Но это не ваша вина. Все сведения о Шамбале так рассеяны в литературе. На Западе нет ни одной книги, посвященной этому краеугольному понятию Азии.

Если же вы хотите быть поняты в Азии, как желанный гость, вы должны встретить хозяев ваших самыми священными словами. Вы должны доказать, что эти понятия для вас не пустой звук, что вы цените их и можете ввести их в понятие эволюции...

Древнейшие Веды и последующие Пураны и прочая самая разнообразная литература выдвигают необычайное значение для Азии таинственного слова – Шамбала.

И в крупных азиатских центрах, где священные понятия произносятся уже со стыдливой оглядкой, и в безбрежных пустынях Монгольской Гоби слово о Великой Шамбале, или таинственной Калапа индусов, звучит, как символ Великого Будущего. В сказаниях о Шамбале, в легендах, преданиях и песнях заключается, быть может, наиболее значительная весть Востока. Кто ничего не знает о жизненном значении Шамбалы, не должен утверждать, что он изучал Восток и знает пульс современной Азии...

В Азии, если я начну говорить: “Во имя красоты и знания”, – я буду спрошен:

“Какая красота и какое знание?”

Но когда я отвечу: “Во имя знания Шамбалы, во имя красоты Шамбалы”, – тогда я буду выслушан с особым вниманием».

И в других своих книгах Рерих дает нам возможность услышать живое, тихое и все же могущественное биение сердца Азии. Великолепные поэтические зарисовки природы переплетаются с тонкими психологическими ощущениями.

О чем бы Рерих ни рассказывал: то ли о духовно насыщенной атмосфере Гималаев и огненно раскаленных сверкающих вершинах, о явлении, возникающем, согласно верованию богобоязненного местного населения, из-за великого напряженного, неустанного труда самого Великого Владыки на благо человечества; или о Сиккиме, где народ наделяет понятием героизма все выдающиеся проявления жизни и природы; или когда упоминает легенды о чудесном огненном цветке папоротника, которые встречаются у всех народов, но, по существу, родились в Гималаях: здесь есть вид цветов, светящихся в темноте; или когда Рерих рассказывает о караване, отдыхающем у отдаленного горного перевала и коротающем время в духовных беседах у костра; или о целебном и вдохновляющем воздухе тибетских высот, манящем и зовущем к себе всех духовных искателей; или о легендарных гигантах духа – Риши, к памятным местам которых на склонах Гималаев собираются толпы паломников; или о мертвящих, поражающих ужасным одиночеством песках пустыни, и только редкие оазисы и чуждые цивилизации племена еще свидетельствуют, что дыхание их все еще окончательно не остановилось; или о ясности чистой души простого монгола, – во всем и всюду мы ощущаем великий, одухотворенный, чуткий к красоте подход Рериха.

Урусвати

Институт гималайских исследований «Урусвати» – научное учреждение Музея Рериха – находится на северо-западе Индии, в провинции Пенджаб, на склонах Гималаев, у горной реки Беас в чудесной долине Кулу, 6000 футов над уровнем моря. Своим климатом и отчасти растительным миром эта местность напоминает долины Южных Альп. Зима и лето длятся здесь столько же, сколько и там, также здесь растут и многие европейские растения и плодовые деревья, хотя фруктам присущ несколько своеобразный вкус.

И все же тут какая-то совсем другая физическая и психическая атмосфера, невыразимая словами.

К северу от этой долины весьма близко возвышаются царственные, таинственные, овеянные легендами и сказаниями лабиринты гималайских вершин, на которые жители Азии взирают с удивительным благоговением. Их сердца в невыразимом стремлении тянутся к чистым, сверкающим снежным вершинам, которые кажутся им белыми Твердынями Света, сияющими башнями Шамбалы. На юге – зеленые взгорья заслоняют богатые ручьями и реками равнины и джунгли Индии. Долину «Урусвати» действительно можно рассматривать как преддверие Срединной Азии – перекресток путей, где встречаются высокие древние культуры, где воздух еще полон древней мудростью, где на каждом шагу в местах почитания богов и святилищах, среди руин старинных городов встречаются древнейшие памятники, запечатлевшие на камнях письмена предвечных духовных озарений. Как много величественных легенд овевают долину Кулу, сколько сказаний, полузабытых былей. За тысячелетия долина Кулу видела многих могущественных деятелей великого духа, начиная с Ману, Будды, Арджуны и всех героев Пандавов, Виасы – создателя «Махабхараты», Гэсэр-хана. Рерих в своей книге «Сердце Азии» рассказывает, что лишь в одной долине Кулу, согласно верованию народа, существует 300 местных почитаемых святых, или Риши. Древняя легенда говорит и о том, что через эту долину проходил Христос, направляясь в мир учить великой Благой Вести, Слову Радости. Кроме религиозных, археологических и этнографических ценностей, в долине Кулу открывается и громадное поле деятельности для исследований в области природоведения, физики, медицины, поскольку аналитический, научный взгляд еще до сих пор не проникал в эти места.

«Урусвати» – Утренний луч – означает зарю света науки. «Урусвати», как всеобъемлющий научный институт, созданный для улучшения жизни всего человечества, стремится исследовать и синтезировать все многообразные факторы сущего, применяя новейшие научные методы и открытия. Институт создан с целью дать прочное основание науке будущего. Институт «Урусвати» Николай Константинович и Елена Ивановна учредили в 1928 году, вложив в его здания и оборудование свои средства, при поддержке Нью-Йоркского Музея и частных жертвователей.

Институт образовался именно в результате научной Центральноазиатской экспедиции Рериха. Николай Константинович понимал, насколько мало исследованы центр Азии и Индия и что немногие краткие экспедиции не способны проводить исследовательскую работу в нужной мере, ибо для этого необходим систематический и продолжительный труд. «Урусвати» представляет собой как бы постоянную экспедицию, находящуюся в непрерывном контакте с исследуемыми объектами и местностями. Научный труд в институте разделяется на несколько секций, и каждой отраслью заведуют опытные специалисты – ученые различных наций.

Секция природоведения и биологии уже провела многочисленные экспедиции, как по самой долине Кулу, так и в Лахуле, Бешаре, Кангру, Лахоре, Ладаке, Занскаре и т.д., в которых собран весьма богатый ботанический, орнитологический и зоологический материал. Долина Кулу, которую в народе называют Серебряной долиной, является истинным «местожительством богов, танца и цветов», ибо весной, когда стают снега на склонах Гималаев, вся она сверкает и сияет в лучах солнца мириадами цветущих садов. Растительность здесь, из-за вулканической почвы, изумительно богата, встречаются бесчисленные разнообразные породы и виды растений и деревьев, так, например, в одной только окрестности «Урусвати» насчитано около шестидесяти пород яблонь. Лечебные растения долины Кулу известны даже в Китае. Собранные материалы в Институте систематизируются в коллекции. О достигнутых результатах можем судить хотя бы по тому факту, что, кроме материалов, остающихся в самом Институте, многие обширные коллекции отосланы иностранным учреждениям: Мичиганскому университету в Америке послана коллекция из 3000 образцов, Нью-Йоркскому Ботаническому саду – около 3000 образцов растений и 35 пакетов с семенами, также – Национальному музею Вашингтона, в разные организации Парижа, Пекина, Гарварда и другие; все эти организации отмечали в своих отзывах большое научное значение полученных коллекций. Многие местные растения выращивает и сам Институт в своем ботаническом саду.

* * *

Значительной является деятельность Института и по археологии, этнологии и местному языковедению, осуществляемая под непосредственным руководством директора Института Юрия Рериха. В Институте устроена экспериментальная археологическая лаборатория, использующая новейшие научные достижения. Вначале были приведены в порядок материалы, собранные в Центральноазиатской экспедиции. Затем Юрий Рерих организовал экспедицию в Лахул, где был собран обширный этнографический материал, впоследствии отосланный в Нью-Йоркский Музей. «Урусвати» стал центром по изучению древней культуры Тибета, ранее недоступной для археологов.

Юрий Рерих опубликовал также ряд научных трудов. Помимо уже упомянутого капитального исследования «По тропам Срединной Азии», совместно с ламой Мингюром, превосходным знатоком тибетской литературы, Юрий Николаевич перевел тибетские медицинские книги, составил грамматику лахульского диалекта тибетского языка, со многими образцами народных песен, завершил тибетский словарь, начал работу о занскарском диалекте. Кроме того, ежегодно выходит сборник «Урусвати», в котором вместе с Юрием Рерихом, участвуют многие выдающиеся ученые разных народов. Первый том был посвящен санскритологу Ланману, второй – физику А. Михельсону, третий – Свену Гедину, отмечая их выдающиеся достижения в науке. В археологических работах участвуют президент Американского археологического института Маггофин и директор Исследовательской школы Америки Хьювитт. Также среди почетных членов Института следует отметить такие известные имена, как Эйнштейн, Тагор, Марен, Михельсон и т.д. Многие университеты выразили желание сотрудничать лекциями и печатными трудами. Члены-корреспонденты Института живут на всех континентах. Среди них надо назвать и основателя нашего Латвийского общества Рериха Феликса Лукина, который в своих медицинских исследованиях использовал и материалы «Урусвати».

В последнее время в Институте успешно развивается отделение медицины. Наряду с исследованиями по биохимии и фармакологии, в Институте на первом плане стоит грандиозная задача по изучению новых действенных средств против эпидемий, угрожающих существованию человечества. Особое внимание уделяется местной тибетской и древнекитайской фармакологии и медицине, переводятся и подбираются книги и другие материалы, накапливаются сведения об употребляемых местным населением растениях и о результатах их применения, проводятся исследования местных лекарственных растений в лабораториях, выращивание их в садах Института. Огромное плодородие почвы позволяет разводить здесь всевозможные виды растений, от альпийской до тропической флоры. Институт сотрудничает с ламами-врачами, используя их древние лечебные открытия. Недавно открылась биохимическая лаборатория с отделом борьбы против рака. Область Гималаев благоприятна для указанных исследований, ибо здесь не встречается этот страшный бич человечества. Известно, что тибетская медицина уже с давних пор удачно применяет средства против рака и туберкулеза: все подобные средства в Институте исследуются самым тщательным образом.

Следует отметить, что в планах Института создание астрономической и метеорологической обсерватории, которая проводила бы изыскания в области астрохимии, физики, магнетизма и подобных проблем, ибо здесь как природа, так и атмосферные условия благоприятствуют этим задачам. Началось строительство электростанции, предназначенной для нужд Института, для нее используется водопад высотою в 50 футов. Наконец, в широких масштабах разворачивается создание музея научных коллекций (ботанических, минералогических, энтомологических, палеонтологических и других), собран большой этнографический и фольклорный материал, устроена экспозиция фотографий и картин, библиотека, содержащая многие редкие книги и рукописные памятники культуры Востока. Институт, решая свои задачи, обменивается информацией с сотнями университетов и другими учреждениями. «Урусвати» является также духовным центром и местопребыванием Николая Константиновича и его супруги Елены Ивановны, оттуда они руководят жизнью всех своих обществ и учреждений, вдохновляя их своими статьями, письмами и картинами, напитывая духовным сознанием, стремясь таким образом приблизить Великое Будущее человечества.

За пять лет существования Института свершен громадный труд. И все же – это только начало. По мере появления новых возможностей и средств расширится и поле его деятельности, охватывая всё шире и глубже все эволюционные факторы культуры и жизни.

Николай Рерих и другие участники его начинаний с великой ответственностью перед человечеством вкладывают в задуманные дела все силы своего существа; они полны убеждения, что там, где человек всецело посвящает себя общему благу, с неотступностью и энтузиазмом, все препятствия обращаются в благие возможности. Они верят в Космическую Справедливость, которая гласит, что каждому культурному начинанию, способствующему эволюции человечества, всегда вовремя будет явлена сужденная помощь, не позволяющая иссякнуть необходимому для культуры делу.

ЗНАМЯ МИРА

У всех еще на памяти недавняя мировая война, которая стала катастрофой для несчетных человеческих жизней, разрушила культуру и смела с лица земли цветущие города и целые местности. С тех пор много говорилось о мире, братстве между народами и гуманизме. И все же человеческое безумие не унимается. Народы все еще чувствуют себя в опасности. Все еще под угрозой сам человек и величественные святыни культуры, тысячелетиями создаваемые человеческим гением и зовущие людей к солнечному пути прогресса.

Никто еще не забыл, что мировая война разрушила библиотеку Лувена, величественные соборы Реймса и Ипра, многие другие священные ценности человечества, которые ничьи руки уже не в силах восстановить в первоначальном виде. Еще свежо в памяти у нас бессердечное сожжение дворцового ансамбля в Елгаве и гимназии Петра, этого вандализма, нанесшего тяжелую рану культуре Латвии. Но погромы культурных святынь продолжаются. Сколько ценностей погибло, например, в Советской России. Еще летом позапрошлого года директор Ленинградского Художественного музея, как «ненужные», уничтожил великолепные полотна Николая Рериха «Керженец» и «Казань», созданные Рерихом для Казанского вокзала в Москве. Варварство нашей цивилизации ежегодно собирает свой обильный урожай. Сколько ценностей сгорело в обеих испанских революциях, в том числе множество церквей и монастырей, в которых хранились древние рукописи и иконы! Кто восстановит ценнейшую Шанхайскую библиотеку, сгоревшую в последних конфликтах? Чем заменить картины Гойи, погибшие в Испании, или чудную, одухотворенную поэму в живописи Милле – «Анжелюс», которую в Лувре недавно изрезал какой-то механик? Раны культуры – язвы творящего духа – означают общечеловеческую катастрофу. Разгром культуры – это обескровливание живой плоти всего человечества.

Как художник, археолог и исследователь истории, Николай Рерих глубже всего переживал трагедию гибели ценностей культуры, ибо так же, как нельзя воскресить умершего человека, невозможно воссоздать творения человеческого гения. У самого Рериха, кроме уже упомянутых, за время войны и после нее погиб ряд картин: его прекрасные эскизы декораций к балету Стравинского «Весна Священная», его, быть может, самая лирическая довоенная картина «Ункрада», затем – «Сестра Беатриса», «Поход», «Святогор», «Змей проснулся». Целый ряд его картин повреждены. Что чувствует творец, получив известие, что его произведение унесено вихрем разрушения?! Потому и понятно, что именно у Рериха болит сердце о спасении культурных сокровищ от варварских посягательств, которые все еще происходят.

Николай Рерих выступает с новой величественной идеей и планом защиты ценностей культуры – с планом Знамени Мира. Проект Пакта Мира, или Знамени Мира, предложенный Рерихом, организационно напоминает проект Красного Креста. Главная его цель – защищать ценности культуры, искусства и науки всего мира от разрушений и варварства, которые проявляются не только во время войны, но зачастую и в мирное время. Согласно этому охранительному плану, все музеи, соборы, библиотеки, университеты, памятники, общественные и частные художественные и научные коллекции, памятники природы, красивейшие места следует считать нейтральными объектами, и как таковые их должны защищать и уважать государства, присоединившиеся к договору. Наконец, в этот план входит создание Союза древних городов культуры (Рима, Афин и т. д.), которые сами по себе уже являются большими художественными ценностями, поскольку в случае их разрушения понесет урон вся мировая культура.

Для того чтобы обозначить памятники культуры как нейтральные объекты, по эскизу Рериха было создано Знамя Мира, которое предполагается водружать над всеми выдающимися учреждениями культуры, искусства и науки. Подобно тому, как предложенное швейцарцем Анри Дюнаном Знамя Красного Креста, являясь символом великого человеколюбия, защищает больных и страждущих всего человечества, заботясь об их физическом здоровье, точно так же Знамя Мира Рериха призвано защищать духовное и культурное здоровье человечества, охраняя культуру и красоту. Это Знамя должно уподобиться международной страже, бессменно охраняющей произведения человеческого гения, оно должно стать совестью человечества, напоминающей людям о священной неприкосновенности сокровищ культуры и духа и о том, что подходить к ним необходимо с огромным уважением и бережностью, и не только в общественной, но и в частной жизни каждого человека. Таким образом, Знамя само по себе является вехой нового пути человечества, символом творческого устремления духа, вмещающим все краски и лучи радуги человеческого существа – красоту, благо, истину. С другой стороны, постоянно побуждая лучшие чувства людей к красоте и знанию, объединяя сердца пониманием культуры и искусства, уважением их, Знамя Мира способствует идее мира, сплочению и сотрудничеству всех творческих сил. Недаром на белом фоне Знамени изображены в круге три соединенные сферы малинового цвета, как символ вечности и единства.

Свой проект Николай Рерих сопровождает словами:

«Повелительно принять немедленные меры, чтобы оградить от опасности благородное наследие прошлого для славного Будущего. Это произойдет тогда, когда все страны торжественно поклянутся охранять сокровища Культуры, которые в сущности принадлежат не одному народу, но миру. Этим путем мы можем создать еще одно приближение к расцвету Культуры и Мира».

Пли в другом месте: «Если Знамя Красного Креста не всегда доставляло полную безопасность, то все же оно ввело в сознание человеческое огромный стимул человеколюбия. Тоже и Знамя, нами предложенное для охраны культурных сокровищ, если оно и не всегда спасет драгоценные памятники, то все же оно постоянно напомнит о нашей ответственности и необходимости забот о сокровищах человеческого гения. Это Знамя внесет в сознание еще один стимул, стимул Культуры, стимул уважения ко всему, что создает эволюцию человечества. Мы, собиратели, имевшие много дела с музеями, мы знаем Голгофы бесчисленных творений искусства и науки. Никто не дерзнет сказать, что желание охранить сокровища творчества может быть излишне или не нужно. Нет, каждое углубление этого сознания приносит новые культурные возможности. Так, наше предложение откроет возможность просмотреть и каталогировать истинные сокровища и поставить их под защиту всего человечества, не только во время войны, но, усиленно подчеркиваю, и во время так называемого мира».

Для того чтобы осуществить проект Знамени Мира в современных условиях, предполагается провести каталогизацию и классификацию всех культурных ценностей человечества силами какого-либо центрального международного учреждения, например, Лиги Наций или Гаагской судебной палаты. Также надлежит создать Международную следственную комиссию, которая на основе международного права рассматривала бы, предавала гласности и выносила на суд человечества преступления, совершенные против хранилищ культуры и памятников, особенно во время войны, если бы одна из сторон, ратифицировавших Пакт Мира, посягнула на нейтралитет культурных ценностей любого государства.

Свою идею о великой необходимости защиты памятников культуры во имя блага всего человечества Николай Рерих высказал еще в 1904 году, вернувшись из путешествия по древним русским городам, во время выступления в Обществе архитекторов. В начале мировой войны Рерих подал свой проект царскому правительству, ибо уже тогда происходящие акты вандализма доказывали, сколь срочно необходимы такие меры. Но свой план Николаю Рериху удалось осуществить только в 1930 году, когда Музейный комитет Лиги Наций единогласно решил поддержать Пакт и Знамя Мира. В 1931 и 1932 годах в Бельгии, в г. Брюгге, состоялись две представительные конференции Международного Пакта Мира под руководством члена Археологической академии Бельгии Адачи и под протекторатом Камилла Тюльпинка – председателя Гаагского международного суда; Николай Рерих был избран почетным председателем. Целью этих конференций была всеобщая ратификация предложенного Рерихом Пакта и Знамени Мира, объединение всех эволюционных сил человечества для защиты культуры. Следует отметить, что Брюгге был первым городом, поднявшим Знамя Мира над святынями культуры. В первой конференции участвовало более 20 государств и более 100 представителей различных культурных и научных организаций. Во время второй конференции была устроена выставка фотографий древних городов, на которой были представлены экспонаты из 23 государств (в том числе из Эстонии, г. Таллин), и был создан Музей Рериха, посвященный миру, искусству, науке и труду. Отмечая заслуги города Брюгге в продвижении Пакта Мира, а также то, что Брюгге первым воплотил величественный план мира через культуру и впредь будет стоять на страже мира, Рерих подарил вновь образованному музею 18 своих новых, исполненных возвышенного духовного настроя картин. Центральное место среди них занимает триптих: «Мадонна Орифламма», «Святая София», «Священные пещеры». Первая из этих картин символизирует всё движение за мир. Здесь Мадонна, изображенная сидящей, держит в руках развернутое Знамя Мира. За окнами на заднем плане виднеются города, храмы, замки, и Мадонна в неусыпной страже над святыми ценностями, собранными в них за многие века. Святая София разворачивает эмблему Знамени над фламандским городом у ее ног, небо за ней пламенеет как зов к единству. На картине «Священные пещеры» лама молитвенно устремляет вдаль мысли и призывы к миру и гармонии, ко всему человечеству. Отметим также и картину «Святой Франциск», где подле этого апостола любви обретает мир и благое прибежище вся живая природа.

Последняя конференция Пакта Мира, достигшая наиболее выдающихся успехов, состоялась 17 ноября 1933 года в Вашингтоне. Во многих выступлениях, вдохновенных и полных гуманизма, звучал, по сути, призыв духовной истины ко всему миру. В конференции участвовали представители 35 государств, единогласно принявшие резолюцию рекомендовать своим государствам в ближайшее время ратифицировать Пакт и включить его положения в свод законов своих стран и также – «предложить этот гуманитарный договор всем государствам мира». Интересно отметить, что в день открытия конференции правительство Японии вывесило Знамя Мира в Токио на здании министерства образования, а также над некоторыми учреждениями просвещения и культуры. Сразу после Вашингтонской конференции конгресс Панамериканского союза, объединяющего все государства Нового континента, на своем пленарном заседании единогласно решил поддержать Пакт Рериха. И затем ряд американских государств, как Соединенные Штаты, Панама, Гондурас, Бразилия, Уругвай, Эквадор, Гватемала, Чили и др., решили ратифицировать Пакт незамедлительно. Президент Рузвельт уполномочил государственного секретаря Г. Уоллеса подписать Пакт от имени Североамериканских Соединенных Штатов. И, наконец, 15 апреля этого года, в Белом доме, Пакт Рериха торжественно подписало 21 государство Америки, причем этот день в Вашингтоне был отмечен великим празднеством. Затем Панамериканский союз разослал всем государствам мира воззвание подписать Пакт Рериха. В Нью-Йорке, Париже, Брюсселе, Брюгге, Харбине и в других городах работают специальные комитеты Пакта, цель которых, с одной стороны, способствовать ратификации Пакта в разных странах, а с другой – донести до сознания народов смысл великой общечеловеческой и общекультурной миссии Пакта Мира. Надо отметить, что государства Балтийского союза положительно высказались относительно Пакта. Также многие другие государства известили Комитет Пакта, что обсуждают эту проблему.

Государственный секретарь Североамериканских Соединенных Штатов Генри Уоллес дал недавно американской прессе следующее пояснение относительно Пакта Рериха:

«Я считаю Пакт Рериха неизбежным шагом в международных отношениях. Еще не было эпохи, когда такой идеал был бы более необходим, нежели теперь. В то время, когда отдельные нации решают свои особые экономические и национальные проблемы, необходимо, чтобы они осознавали и ту ответственность, которая возлагается на них как на членов семьи народов. Я вовсе не принадлежу к тем, кто в нашем мире суровых экономических фактов конкретное материальное действие заменил бы иллюзией, однако хочу сказать, что идеалистам, создающим реальность будущего, пора собраться вокруг символа единства международной культуры. Пришло время пробуждать понимание красоты, знания и образования, превосходящих все национальные границы, чтобы укрепить все то, что дорого нам и в наших отдельно взятых государствах и обычаях. Именно по этой причине я считаю ратификацию Пакта Рериха столь важным шагом. Признание Пакта указывает на приближение времени, когда те, кто истинно любит свой народ, сумеют оценить и достижения других народов и отнесутся с уважением к тем духовным усилиям, которые соединяют в единое братство всех художников, ученых, воспитателей и всех истинно верующих, какой бы ни была их религия. Я чувствую, что наша эпоха в большом долгу перед Николаем Рерихом за эту рожденную им идею. Нам надо держать перед глазами один объединяющий принцип, которому все наши сердца могли бы в высшей мере доверять. Если такой принцип у нас есть, мы можем с верой и надеждой трудиться на благо тех культурных реалий, символом которых является Пакт Рериха».

Пакт Мира, предложенный Рерихом, вызвал искренний, неподдельный интерес, даже энтузиазм, среди выдающихся творческих деятелей всего мира, о чем свидетельствуют сотни торжественных приветствий и писем, полученных от правительств, известных государственных и культурных деятелей, художественных и культурных учреждений, академий, университетов, религиозных организаций, которые тепло и искренне поддержали его. Даже некоторые высокопоставленные военные авторитеты Франции и Америки выразили одобрение относительно практического применения Пакта. Часть этих писем опубликована в двух специальных изданиях, посвященных Пакту Мира.

Рабиндранат Тагор, великий поэт и борец за объединение культур Запада и Востока, писал Николаю Рериху:

«Я зорко следил за Вашими замечательными достижениями в области искусства и за Вашею великою гуманитарною работою во благо всех народов, для которых Ваш Пакт Мира, с его знаменем для защиты всех культурных сокровищ, будет исключительно действенным символом. Я искренно радуюсь, что этот Пакт принят Музейным комитетом Лиги Наций, и чувствую глубоко, что он будет иметь огромные последствия на культурную гармонию народов».

Морис Метерлинк говорит: «Всем сердцем я присоединяюсь к подписывающим Пакт Рериха. Объединимся вокруг этого благородного идеала всеми нашими моральными силами».

Выдающийся американский художник Леон Дабо писал: «Если нам удастся достичь того, что все народы примут это Знамя, чтобы защищать все прекрасное, дорогое, все проявленное человеческим гением, все сотворенное человеческими мыслями и руками, то это будет величайшим достижением духа и культуры за последнее тысячелетие».

Свами Джагадисварананда из «Миссии Рамакришны» говорит: «Рерих, создатель и вождь этого единственного в своем роде гуманного движения, сам является олицетворением универсального искусства и универсальной культуры. Д-р Джеймс Казенс верно назвал его “человеком Гималаев в духе”, ибо он является истинно пророком новой человечности и вестником нового культурного мира».

К этим полным энтузиазма словам можно добавить и высказывания множества других людей, с которыми мы уже привыкли встречаться на путях культуры и политики. Это и супруга президента Североамериканских Соединенных Штатов Рузвельта, верящая в то, что каждому необходимо приветствовать идеалы, выраженные в Пакте Рериха; среди них и седовласый, преклонного возраста, Масарик, и уже ушедшие из жизни короли Альберт и Александр, там же – выдающиеся ученые Эйнштейн, Джагадис Боше, Раман и Радхакришнан и еще многие другие, не менее известные имена.

Следует отметить, что среди множества голосов звучит и голос женщины, поскольку именно женщине дана миссия стоять на страже культуры и быть вестницей мира, внедряющей и укрепляющей в сознании человечества высшее, истинное понимание постулатов культуры и мира. Так, представительница Федерации женских клубов Америки приветствовала Пакт Мира от имени трех миллионов женщин. Свою признательность Пакту Рериха госпожа Спорборг, председательница Федерации женских клубов Нью-Йорка, выразила такими прекрасными словами:

«Мы внимательно изучали положение и готовы приложить все силы духа и всё наше влияние к тем движениям, которые основал Николай Рерих».

Мне хотелось бы здесь упомянуть и заключительные слова президента Латвии Альберта Квиесиса из его письма Николаю Рериху, в которых он выражает благодарность за присужденный ему почетный знак Музея Рериха:

«Я хочу воспользоваться этой возможностью, чтобы выразить Вам самые сердечные пожелания в связи с продвижением, замечаемым в деятельности Музея Рериха, который, стремясь осуществлять благородные идеалы – налаживать в жизни более дружественные отношения и лучшее взаимопонимание между людьми и народами, вполне вероятно, станет достойным внимания фактором в международной жизни, венчая собой труды великого художника, посвященные благосостоянию человечества».

Истинно, огромные достижения Музея Рериха и Пакта Мира, свершенные за немногие годы, охватывающие проблемы всей нашей планеты и направленные на великое будущее, укрепляют основы нового, прочного взаимопонимания и мира на Земле. Знамя Мира, символизирующее культуру всего человечества и стоящее на страже святынь духовных ценностей всей планеты, объединяя сознание всех людей и народов и воплощая их лучшие чаяния и устремления, является мощным фактором формирования нового сознания жителей Земли. Воистину, если над всеми культурными объектами будет развеваться Знамя Мира как символ духовной повелительной власти и знак священной неприкосновенности всех высших ценностей, что, несомненно, произойдет уже в ближайшем будущем, то это, словно благовест, оповестит наступление новой эпохи культуры и сотрудничества между народами.

ВЛАДЫЧИЦА ЗНАМЕНИ МИРА

Владычица червонно-пламенная!

Владычица Знамени Мира!

К Тебе, Владычица, мы прибегаем. Кто же

поднимет Знак Мира, Знак Сохраненья

Высших Сокровищ?

Кто же, кроме Тебя, придет к нам, помочь

Знамя поднять, знак созиданья народам?

Бурно море и губительны вихри, но Ты Знамя

поднимешь

и наполнишь сердце людское сознаньем

о священном

Хранении Духа. Ведь Ты знаешь, насколько нельзя

отложить этот Знак. Ведь Ты знаешь, сколько

уже разрушений землю унизило. Знаешь Ты

все поношения самого лучшего, самого нужного

людям. Если стадо не знает опасности, то ведь Ты,

Пастырем будучи, Мирное Знамя поднимешь.

И ветры нагорные всюду Приказ принесут Твой:

сохранить, и строить, и складывать Светлое Завтра.

Твой Пламень Червонный тьму разгоняет. Дыхание

Твое исцеляет все раны и Рука Твоя разве не строит,

легко прикасаясь к созидательным камням творенья?

Вот мы

и просим Тебя поднять этот Знак

Триединости Мощной.

Знаем мы, что Ты не откажешь, ибо противно Тебе

разрушенье и уничтоженье прекрасных начал. Ты

не терпишь хаоса, Ты не терпишь смятения

и потому Ты поднимешь, и сохранишь, и укажешь

народам Знак Охраненья мирных прекрасных

Сокровищ! Знак Путеводный для каждой творческой

Мысли! Знак Утвержденья и Света.

Помоги, Владычица Знамени Мира!

КУЛЬТУРА

Миссия Культуры

Для того чтобы осуществить мир для всех народов и уничтожить самую возможность войны, Николай Константинович Рерих призывает идти по совершенно другому пути, нежели многочисленные конференции по разоружению. Он желает подойти к сознанию человеческому путем утверждения и созидания блага. «Мир через Культуру» – девиз всего мирного движения Рериха. Победить сознание культурою, победить красотой и знанием, всеобъемлющей и всепонимающей духовностью.

«Там, где культура, там и мир. Там и подвиг, там и правильное решение труднейших социальных проблем. Культура есть накопление высочайшей Благодати, высочайшей Красоты, высочайшего Знания». «Нужно разоружиться в сердце и в духе, – говорит Рерих. – Сердце человеческое должно согласиться на разоружение и сотрудничество».

Нужно снова и снова разъяснять и насаждать в человеческом сознании понятие истинной культуры, чтобы человечество воспринимало ее как нечто священное, чтобы оно никогда не погрешило против культурных ценностей и вместе с тем против самого созидателя и носителя этих ценностей – живого человека. Глубокое, существенное понимание культуры и сотрудничество на культурном поприще должно привести народы к миру.

Наша эпоха смешала, нивелировала, нередко даже запятнала истинное, сокровенное понятие культуры. Современный мир забывает ее первичный, священный смысл. Европейская логика весьма часто смешивает культуру с цивилизацией, вечное – с временным, преходящим. Рерих снова и снова призывает разграничить эти понятия. Культура для него гораздо более широкое, всеобъемлющее, утонченное, первичное понятие, – культура должна обосновывать и одухотворять цивилизацию как свою составную часть. В то время как культура внедряется глубоко в духовное понимание, цивилизация охватывает жизнь в ее общественно-материалистических формах. В развитии культуры Николай Рерих различает следующие ступени: цивилизацию, образованность, затем интеллигентность, духовное утончение, и лишь после этого человек приобретает способность к синтезу и высшую культурность. Интеллигентный человек сам по себе еще не означает истинно культурного человека; для того чтобы стать таковым, ему нужно быть человеком расширенного сознания, который постигает смысл жизни и закономерность Вселенной, человеком, который служит человечеству и воплощению человеческого братства на Земле. Итак, культура для Н.К.Рериха – это самое высокое, самое чистое и широкое звучание гаммы всей человеческой сущности. Потому и понятие культуры для него есть нечто истинно святое, потому Рерих и слово «Культура» часто пишет с прописной буквы. Культура для него Чаша Грааля, то есть наивысшее понятие, к чему мы должны направить все наши лучшие, творческие мысли.

Прислушиваясь всем сердцем к стремлениям, волнениям и катастрофам изменяющегося человечества, Рерих понял, что надо очистить культуру путем очищения и преображения человеческого сознания. Надо помочь сдвигу сознания направиться по правильному руслу. Надо возродить первоначальное значение культуры, надо внести в жизнь ее высокое, оздоравливающее понимание. Надо озарить культуру светом духовности.

Так Рерих дает новое, одухотворенное понятие культуры. Поднимает ее в небывалом сиянии. Окружает ее святым ореолом. Делает ее лозунгом новой эпохи.

Это первичное понятие культуры для Рериха есть служение Свету. Этому понятию он находит и филологическое оправдание. «Культура имеет два корня, первый – друидический... Культ всегда останется почитанием Благого Начала, а слово “Ур” нам напоминает старый восточный корень, обозначающий Свет, Огонь». Итак, Культ Ура может означать почитание Света.

Если культура для Рериха есть свет духа, а в последнем для него отражаются красота, знание и любовь, то культура есть и все высшие, духовные и материальные ценности, всё, что способствует развитию духовного света в человеке. Она – синтез и сотрудничество между всеми видами различных человеческих ценностей. В Свете ведь объединяются все краски и оттенки. Потому и широкое понятие культуры вмещает в себе великое многообразие жизни в единстве. Культура уважает, охраняет индивидуальность и закон индивидуальной свободы. И чем более многозвучной будет тональность культуры, тем более могучей и прекрасной будет культура, тем больше возможностей для сотрудничества и эволюции ей приоткрывается. Потому-то, наряду с индивидуальным и национальным характером культуры, ее признаком является также универсальность и международность: «Идеалы высшей культуры всюду тождественны; ни океаны, ни горы не могут препятствовать дружеским стремлениям человечества».

Так же как Свет требует величайшей ясности, так и основания культуры должны строиться на высокоценном, утонченном качестве. «Если мы дерзаем произносить слово “Культура”, – говорит Рерих, – значит, прежде всего мы ответственны за качество. Корень слова “Культура” есть высшее служение совершенствованию, но это и есть наше обязательство по отношению к бытию». Н.К.Рерих, можно сказать, является истинным апостолом качества. Непрестанно он призывает помыслить, как внести в каждый труд наилучшее качество, как освободиться от губительного бремени стандартизации. Думая о культуре, мы должны думать также, как сообщить ей наиболее возвышенную утонченность и ясность. Если бы человечество осознало свою великую ответственность за всё качество века, вся культура одухотворилась бы и расцвела непередаваемо.

С другой стороны, понятие культуры не должно остаться абстракцией. «Культура, – говорит Рерих, – так тесно связанная с духовностью, прежде всего выражается в изысканном, многообразном творчестве». Качество, истинно, может выявиться не в механизации, но в просвещенном творчестве жизни, в гармонизации и подвиге жизни. Культурный труд всегда является творческим, некультурный – разрушающим.

Так, Культура для Рериха не праздничный гость, но наиболее прочное, наисущественное основание и опора сущего. В каких чудесных, восторженных словах воспламеняется дух Рериха, когда он говорит о Культуре:

«Именно, до рисунка на мозгу нужно твердить о насущности Культуры. Нужно твердить во всех возрастах, во всех положениях, во всех народах.

Пока Культура лишь роскошь, лишь пирог праздничный, она еще не перестроит жизнь. Может ли сознание среди каждодневности обойтись без книг, без творений красоты, без всего многообразного Музейона – Дома Муз?

Культура должна войти в ближайший, каждодневный обиход как хижины, так и дворца... Как благостно касание крыла Культуры, благословляющего колыбель на подвиг и несущего отходящего путника в просветленном сознании. В несказуемых, неизреченных мерах облагораживается он касанием Культуры».

Приведем здесь статью Рериха о Культуре – почитании Света, самое чудесное и самое благоговейное славословие, какое человеческое сознание возносило широкотворческой, всегармонизирующей, спасительной мощи Культуры.

«“Культура есть почитание Света. Культура есть любовь к человеку. Культура есть благоухание, сочетание жизни и красоты. Культура есть синтез возвышенных и утонченных достижений. Культура есть оружие Света. Культура есть спасение. Культура есть двигатель. Культура есть сердце.

Если соберем все определения Культуры, мы найдем синтез действенного Блага, очаг просвещения и созидательной красоты”.

Осуждение, умаление, загрязнение, уныние, разложение, все порождения невежества не приличны Культуре. Ее великое древо питается неограниченным познаванием, просвещенным трудом, неустанным творчеством и подвигом благородным.

Камни великих цивилизаций укрепляют твердыню Культуры. Но на башне Культуры сияет алмаз-адамант любящего, познающего, бесстрашного Сердца.

Любовь открывает эти Врата прекрасные. Как всякий настоящий ключ, и любовь эта должна быть подлинная, самоотверженная, отважная, горячая. Там, где истоки Культуры, там источники горячи и бьют они из самых недр. Где зародилась Культура, там ее уже нельзя умертвить. Можно убить цивилизацию. Но Культура, как истинная духовная ценность, бессмертна.

Потому и радостна пашня Культуры. Радостна даже в самых крайних трудах. Радостна даже в напряженных битвах с самым темным невежеством. Зажженное сердце неограниченно в великой Беспредельности.

Праздник труда и созидания. Звать на праздник этот значит лишь напомнить о нескончаемом труде и о радости ответственности, как о достоинстве человеческом.

Труд работника Культуры подобен работе врача. Не одну болезнь знает истинный врач. Не только врач спасает от уже случившегося, но он мудро предусматривает на будущее. Не только изгоняет болезнь врач, но он работает над оздровлением всей жизни. Сходит врач во все подвалы темнейшие, чтобы помочь осветить и отеплить их.

Не забывает врач о всех улучшениях, украшениях жизни, чтобы порадовать дух поникающий. Знает врач не только старые эпидемии, но готов распознать и симптомы новых несчастий, вызванных гниением устоев.

Имеет здоровое слово врач и к ребенку, и к старцу, для каждого готов его совет одобряющий. Не прекратит врач познавания свои, иначе он не ответит действительности. Не утеряет врач терпение и терпимость, ибо ограниченность чувств оттолкнет от него болящих.

Не устрашится врач видом язв человеческих, ибо он мыслит лишь об исцелении. Собирает врач всяческие травы и камни целебные, знает он об изыскании их благого применения. Не утомится врач поспешить на помощь к больному во все часы дня и ночи.

Работнику Культуры присущи те же качества. Так же точно готов он на помощь во благо в любой час дня и ночи. Подобно скаутскому зову, работник Культуры доброжелательно отвечает: “Всегда готов”. Он открыт сердцем ко всему, где опыт и знание его могут быть полезны. Помогая, и сам он вечно учится, ибо “в даянии мы получаем”. Он не устрашается, ибо знает, что страх открывает врата тьмы.

Работник Культуры всегда молод, ибо не дряхлеет сердце его. Он подвижен, ибо в движении сила. Он зорок на постоянном дозоре во Благо, в Познание, в Красоту. Знает он, что есть сотрудничество.

Нитями сердечными объединены работники Культуры. Горы и океаны не препятствия для этих сердец возжженных. И не мечтатели они, но строители и пахари улыбающиеся.

Посылая привет о Культуре, нельзя послать его без улыбки, без зова дружбы. Так и сойдемся, так и соберемся и потрудимся во Благо, во Знание, в Красоту. И сделаем это неотложно, не упустив ни дня, ни часа для строительства доброго» («Твердыня Пламенная»).

Рерих жаждет видеть всю жизнь насыщенной излучениями культуры, созерцать культуру как абсолютное мерило качества всех наших повседневных трудов. Всё, что бы ты ни делал, совершай именем всеблагой культуры. Обо всем, что бы ты ни делал, спрашивай, соизмеримо ли оно с культурою?

«Мы имеем право совершенствовать прекрасные открытия лишь во имя Культуры. Мы имеем право петь и радоваться лишь во имя Культуры. Мы имеем право облегченно создавать лишь во имя великой будущей Культуры. И нет такого черствого человеческого сердца, которое бы не смягчилось перед понятием Культуры».

Непоколебимо убеждение Рериха, что культура должна облагораживать все сущее, что она должна преобразить жизнь в сиянии подвига. Духовная эволюция каждого человека должна зиждиться на культуре. Не вырастая в духовной культуре, как на солнце, человеческая жизнь теряет свое основание и свой смысл. Ибо что же другое дает оправдание нашей жизни, дает «право на существование», как не накопление в нашей жизни сокровищ культуры?

Именно культура способствует всему развитию и благосостоянию человечества и народов. Возрождение и расцвет человеческой истории, говорит Рерих, происходят там, где вырастала традиция почитания культуры.

Потому Н.К.Рерих убежденно верит в грядущую миссию культуры. Бедствия человечества происходят оттого, что оно отступилось от культуры. В культуре самое действительное спасение для человечества. Именно в теперешнюю эпоху разрозненности, когда неистовствуют силы тьмы, «мыслящие круги человечества должны спешно обратиться к осознанию Культуры». Культура спасет также от антагонистического сепаратизма, ибо в высших достижениях культуры все народы уже объединены: эти достижения являются «синтезом всех завоеваний человеческого гения». Культура дает человечеству язык международного взаимопонимания, она объединит человечество. Поэтому не напрасно культура, так же как и красота, видится Рериху высшей панацеей, какую только знало человечество.

«Сейчас трудно, очень трудно в большом доме планеты. Смутился дух человеческий, смутился во взаимовредительстве. И даже сами силы природы словно бы возмутились. Землетрясения, извержения, потоки, смещения климатов, все вносит еще больше смущения и в без того смятенный дух человеческий. Но история знала такие периоды, и человечество уже знает и панацею в бедствиях этих. И эта панацея – Культура. Там, где рука и мозг обессиливают, там непобедимо сердце, а сердце есть Держава Света, есть средоточие Культуры».

Целителем бедствий и кризисов современной эпохи, по глубочайшему убеждению Рериха, явится обновление понимания истинной культуры и утверждение ее в сознании человечества. История свидетельствует, «каким образом целые нации миновали надвигавшиеся кризисы, обращаясь к благодетельным истокам Культуры». Культура для Рериха – жизнедающее и оздоровляющее начало, созидающий и гармонизирующий принцип.

Вот отчего Н.К.Рерих со столь светлыми, одухотворенными чувствами взирает на Культуру как на силу спасающую, украшающую, возрождающую мир, он верит, что ее великая миссия, которая воспламенит все сознания, полностью выявится только в будущем. Вот отчего Рерих приносит клятву вечной верности Культуре:

«Мы устали от разрушений и взаимного непонимания. Лишь Культура, лишь всеобобщающие понятия Красоты и Знания могут вернуть нам общечеловеческий язык. Это не мечтание. Это наблюдение опыта сорокадвухлетней деятельности на поприще Культуры, Искусства, Науки. И в одном мы можем принести нерушимую клятву, что от охраны Культуры, от Лиги Культуры, ни мы, ни последователи наши не отступимся. Нас нельзя разочаровать, ибо наблюдения на поле Искусства и Знания наполняют нас несломимым энтузиазмом. Не одна нация, не один класс с нами, но все множества человеческие, ибо, в конце концов, сердце человеческое открыто Красоте творчества».

Рерих всей своей сущностью принадлежит к той светлой, творящей, гармонической стране Культуры будущего, царству высших воплощенных идеалов, в котором уже ныне обитают умы, направляющие человечество по пути эволюции, и в котором, рано или поздно, также и все человечество найдет свою незыблемую обитель.

«Если вас спросят, в какой стране вы хотели бы жить и о каком будущем государственном устройстве вы мечтаете? – с достоинством вы можете ответить: “Мы хотели бы жить в стране великой Культуры”. Страна великой Культуры будет вашим благородным девизом: вы будете знать, что в этой стране будет мир, который бывает там, где почитаемы истинная Красота и Знание... Ничто не может быть чище и возвышеннее, нежели стремиться к будущей стране Великой Культуры». Это верование свое Рерих подтверждает и в другом месте:

«В какой стране предпочтете жить? – Конечно, в стране Культуры.

Ваши лучшие помыслы чему вы принесете? – Культуре.

Чему вы посвятите ваши просвещенные труды? – Конечно, Культуре.

Чем вы обновите ваше сознание? – Победным светом Культуры.

Не потрясатели ли вы? – В постоянных трудах мы не имеем времени для потрясений. Мы строим. В положительном утверждении и познавании мы стремимся улучшить и украсить жизнь земную».

И вот неустанный, огненный призыв Николая Рериха: пусть каждый становится обитателем этой будущей страны, всем своим сердцем и жизнью, пусть каждый становится человеком истинной культуры, культурным деятелем и сотрудником.

Люди истинной культуры для Рериха не мечтатели, но воплотители своих высочайших и прекраснейших мыслей и мечтаний. Рерих постоянно увещевает избегать всего отвлеченного, всего, не имеющего связи с живой жизнью, призывает мыслить в конкретных формах и стремиться тотчас же реализовать свою мысль. Назначение и смысл жизни человека культуры – служить культуре, помогать ей, повсюду созидать культуру. Но культура вовсе не отвлеченность, культура есть органически конкретное, творческое выявление. Люди культуры хотя и являются большими идеалистами, но для Рериха истинный идеализм есть практический реализм.

Далее, люди культуры являются людьми большого энтузиазма, ибо «культура не может цвести без энтузиазма». Этот энтузиазм для Рериха не фанатизм, но пламя чистого сердца, синтез знания, которое оно накопило в своей жизни. Люди культуры устремленно горят о культуре, их сердца излучают навстречу ей свой свет. Но свое пламя они каждый миг готовы влить в конкретные формы жизни. Они готовы во всякое время отдать всего себя на Общее Благо, они непрестанно и самоотверженно трудятся во благо Света Культуры, они работают над оздоровлением всей жизни. Понимая, что все наше время стало столь динамическим, что нужды человечества столь неотложны, они понимают также, «насколько все должно быть сделано спешно, и ни одна минута не должна быть потеряна в интересах общественного блага». Спешно строить и созидать новую державу культуры на земле, спешно устремляться к истинному знанию и красоте и немедленно воссоздать их также и в жизни. Так Рерих призывает к концентрированной, колоссальной активности во благо человеческого будущего.

Большие энтузиасты, деятели истинной культуры являются также большими оптимистами. Ибо они верят в победу Света Культуры, они верят в Мир Новой Культуры. Ибо Культура, по их убеждению, и есть та сила, которая обновит мир.

«Мы, оптимисты, прежде всего должны предотвращать всякую панику, всякое отчаяние, будет ли оно на бирже или в священнейшем Святилище Сердца. Нет такого ужаса, который, вызвав к жизни еще большее напряжение энергии, не мог бы претвориться в светлое разрешение».

Если уже само понятие культуры вмещает в себе сотрудничество между ее ценностями, то культура есть также сотрудничество между самими созидателями и носителями этих великих ценностей. Потому культурный деятель и стремится к культурному сотрудничеству, он всеми силами старается способствовать взаимопониманию, объединению и содружеству индивидов и народов. Лишь в сердечном сотрудничестве людей культуры, когда один разделяет свой жизненный опыт с другим, когда один поддерживает другого своим накопленным светом и, наконец, когда все работают по своим истинным способностям, – культура может расцвести как самый чудесный сад.

Осуществленный в таком сотрудничестве, созидательный, культурный труд является трудом большой ответственности. Ответственность перед культурой, ответственность перед нашей планетой, которую мы не должны загрязнять; ответственность перед будущими поколениями, которым мы обязаны передать нашу землю как цветущий сад; и, наконец, ответственность перед Беспредельностью. Такою чуткостью ответственности Рерих призывает насыщать каждое мгновение нашего дня.

Так, Рерих приходит как апостол всекультурного и всечеловеческого сотрудничества и содружества. Нужно внести взаимопонимание и согласованность как среди всех истинных ценностей, так и между всеми людьми, всеми организациями и нациями. Ни один, даже незначительнейший, индивид или нация не должны исключаться из сотрудничества на поле культурных возможностей. Если творческий центр культуры есть сердце, если признак культуры – человечность, то этот признак человечности должен принадлежать также отдельным созидателям культуры – личностям и народам. Всякое сотрудничество возможно единственно на почве гуманности и всечеловечности. Потому и каждый народ, для того чтобы он стал способным на истинный духовный и материальный прогресс, чтобы он мог сотрудничать с другими братьями, должен освободиться от своего узкого эгоизма. Именно из-за уважения к истинно национальному Рерих жаждет, чтобы каждый народ, развивая свои индивидуально-национальные способности, совершенствуя себя, стал бы полнозвучным аккордом в хоре всех народов. Народы должны открывать свои мощные национальные богатства другим народам, сердца народов должны соприкасаться с сокровенными чаяниями других народов, они должны обмениваться сокровищами этих осуществленных мечтаний. Они должны «претворить в себе, пропустить через свое сознание достижения всех народов», только тогда они поймут, что основным элементом национальной культуры должна быть всечеловечность, только таким образом из своей ограниченной односущности народ включится в сотрудничество всех народов. Рерих мечтает об истинном звучании души каждого народа, он призывает возвысить понятие национального в его чистом, симфоническом благозвучии.

Интересно заметить, что в своих бесчисленных сношениях с культурными деятелями Рерих является всегда утвердителем и созидателем: он во всем ищет зерно культуры, утверждает его в каждом и выносит его на свет, глубоко ощущая святость каждого, хотя бы малейшего, но истинно культурного начинания. Само понятие отрицания для него было всегда глубоко противным. Неустанно Рерих борется против отрицания и осуждения. В своем многолетнем этическом опыте Рерих постиг большое зло всякого отрицания: оно затмевает свет сердца, оно задерживает творческие выявления. «Как мертвенно отрицание и осуждение и как творяще и созидательно каждое понимание, – говорит Рерих в своем слове об апостоле любви и терпимости Св. Франциске. – Любить – значит прощать. Прощать – значит понять. Взгляните на осуждающего и вы сразу убедитесь, что он, прежде всего, не созидатель».

Снова и снова Рерих утверждает в своих произведениях:

«Мы утомлены разрушениями и отрицаниями. Положительная созидательность есть основное качество духа человеческого. В жизни нашей всё, что может поднять и облагородить дух наш, должно иметь господствующее место».

«Пусть не слишком приковывают внимание к отрицательным явлениям. Всякое безобразие и невежество затемняюще и заразительно. Пусть идут позитивным, светлым путем. Как всегда, будем помнить, что только искры строительства зажигают сердца и создают творящую радость».

«Все человечество разделено на “да” и “нет”. Мы же пребудем с теми, в природе которых звенит открытое, светлое “да”. Берегитесь утверждать “Я” и “нет”!»

Так Рерих характеризует деятелей культуры, строителей великого будущего, к которым он и сам принадлежит:

«Мы принадлежим к положительным строителям и избегаем всякое отрицание. Не будучи безжизненными пацифистами, мы хотели бы видеть Знамя Мира развевающимся, как эмблему новой, счастливой эры. Мы не отвлеченные идеалисты. Наоборот, нам кажется, что тот, кто хочет украсить и облагородить жизнь, тот является настоящим реалистом».

Вместе с утверждением позитивного в каждом человеке нужно отметить также большую терпимость Николая Рериха. В своей статье «Терпимость» он пророчески сурово порицает фанатическую нетерпимость. «Нетерпимость есть признак низости духа, – цитирует он из Учения Живой Этики. – В нетерпимости заключаются задатки самых дурных действий. Нет места явлению роста духа, где гнездится нетерпимость». История нам показывает, что мрачная нетерпимость разрушала самые высокие культурные ценности. Где нет терпимости, там не выявляется также понимание души другого и доверия, там нет и человеколюбия. Н.К.Рерих противник умаления и отрицания кого бы то ни было, ибо это было бы некультурно и постыдно. К такой взаимной терпимости и пониманию Рерих призывает особенно сотрудников на поприще культуры: «При встречах священно охранить достоинство Культуры. Всякая ссора уже будет признаком акультурности. Всякое сомнение в правоте собрата тоже будет довольно антикультурно. Всякое желание заставить мыслить по своему рецепту не может служить признаком культурности». Рерих благоговейно склоняет голову перед терпимостью и великой духовной вместимостью Христа, приводя притчу о милосердном самаритянине, который не взирал на воззрения, но прислушивался к сердцу. В другой статье он касается случаев, где в религии проявлялась терпимость, и можно чуять, что сердце его радуется о ней. Так, он указывает, что в одной нью-йоркской церкви баптистов рядом с ликом Христа на портале изваяны образы Конфуция, Будды и Магомета, также и великие философы и ученые там заняли место рядом со святыми и вождями религий. Такими случаями всеобъемлющей терпимости особенно полно сознание восточных народов, часто преклоняющихся перед подвижниками каждой религии. Рерих от всего сердца советует уже с детства, с первых дней пробуждения сознания, искоренить всякий зачаток нетерпимости. Вместо взаимного раздора и вражды в школах надо пробудить мечты о подвиге, о великодушии, священный трепет сердца перед нескончаемостью созидательного труда, надо укрепить в ребенке сознание сотрудничества, ибо оно способствует взаимопониманию и терпимости.

Рерих признает, что воистину пришло время изъять мученичество за Высшую Истину. Разве это не постыдно для всего нашего культурного века, что трагическая жизнь Спинозы, Джордано Бруно, Галилея повторяется все еще и в наши дни, как последствие нетерпимости и душевной узости фанатичной толпы. Космический Закон не только признаёт, но и утверждает многообразие человеческих путей и творчества: «На каком бы пути ни приблизился ко Мне человек, на том пути и благословляю его», – цитирует Рерих из заветов Бхагавад-Гиты слова Кришны. «Поверх всех разделений существует великое единение». Это великое космическое единение объединяет все индивидуальные элементы, без многообразия не было бы и симфонии.

Наряду с терпимостью Рерих призывает к дружелюбию. Дружелюбие и благожелательство ко всем живым существам несет в себе мир и любовь. Оно является творческим началом, обновляющим жизнь непрестанным созиданием и строительством: ведь благие мысли о другом возвышают и созидают другого. Рерих понимает, что никогда еще мир не нуждался в такой мере дружелюбия, как в наши дни, когда столько смущающего взаимонепонимания, взаимного отрицания.

«Мы должны думать не только о том, что свойственно лишь очень немногим избранным. Учитель Великий шел ко всем. Все заповеди говорят о том, что принадлежит всем. Из простейших начал всем, всем, всем заповедано дружелюбие. В пламенении сердца это дружелюбие претворится и в любовь, в ту самую животворную, чудесно творящую любовь, которая во всеоружии Блага указывает: “Да живет всё живущее”».

Лишь терпимость и дружелюбие – это признание души другого, признание Бога своего собрата, это утверждение существования другого человека и соучастие в нем – может привести к взаимному сотрудничеству и пониманию. Единственно в терпимости и чуткости гармонизированное содействие может раскрыть возможности самому широкому, самому одухотворенному синтезу культурных ценностей.

«Синтез самый вмещающий, самый доброжелательный может создавать то благотворное сотрудничество, в котором всё человечество так нуждается сейчас. От высших представителей духовного мира до низшего материалиста-торговца – все согласятся на том, что без синтетического сотрудничества никакое дело не может быть построено. В Культуре целых государств мы видим, что там, где был понят и допущен широкий синтез, там и творчество стран шло и плодотворно, и прекрасно. Никакое обособление, никакой шовинизм не даст того прогресса, который создает светлая улыбка синтеза».

Николай Рерих верит, что мы находимся сейчас в преддверии очень знаменательного времени, времени сознательного синтеза и духовности, когда дух человеческий не будет больше в такой мере расколот предрассудками и стихиями, как до сих пор, но свободно, целостно и дружелюбно будет устремляться к Свету.

Лига Культуры

Являясь по своей сущности настоящим реалистом – строителем и созидателем, Николай Рерих, как мы уже раньше видели, всегда пытался осуществить свои идеи в многосторонних и монументальных жизненных начинаниях.

Вспомним посвященный его искусству 29-этажный небоскреб – Музей в Нью-Йорке, в котором, кроме картинной галереи, объединены и другие культурно-художественные учреждения. Вспомним его педагогические идеи и свершения. Далее – многочисленные общества имени Рериха, раскинутые по всему миру. Его научный Институт в Гималаях. Две его научные экспедиции в Тибет и Монголию, увенчавшиеся исключительным успехом. И наконец – его Знамя Мира, принятое всеми державами Америки, вдохновившее и сплотившее вокруг себя многих выдающихся поборников культуры.

Так и идее Культуры он стремится дать мощные, неколебимые, многокрасочные формы.

Жизнь Рериха есть пламенный призыв ко всем – возобновить уважение к святости истинной культуры. Для того чтобы распространить и привить идею культуры в самых широких массах, нужно ее утвердить в ребенке уже со школьного возраста. С другой стороны, нужно ее осветить среди тех членов общества, сознание которых открыто касаниям света. Уже в своем воззвании к первой конференции Пакта Мира в Брюгге Рерих предлагает распространить во всех народах мысль об одном общем, всемирном Дне Культуры, когда одновременно во всех школах, просветительных учреждениях и обществах нашей планеты возвещалось бы о сокровищах культуры отдельных наций и всего человечества. Хотя бы на один только день миллионы сердец соприкоснулись и объединились в единой мысли о самых светлых достижениях человечества, о той Храмине Красоты, которую подвижники человечества строили своими бескорыстными мечтами. Современное благородное начинание – «Неделя культуры», которое уже вошло в жизнь некоторых стран, должно стать необходимым международным и всечеловеческим фактором, чтобы ни одно сознание не миновало его благословляющего касания.

С целью защиты знамени истинной культуры от натисков темных, антикультурных сил Николай Рерих призывает все светлые культурные силы к объединению. Для того чтобы создать непоколебимую твердыню культуры, все друзья культуры, общества и организации должны идти рука об руку. Но такое культурное объединение может расцвести лишь тогда, когда деятельность отдельных индивидов и организаций соизмерима с мерилом истинных культурных ценностей, когда культура обладает высоким качеством, когда она служит всеобщему благу, улучшению жизни народов, а не эгоистическим, некультурным целям. Но применение такого всеобщего высшего мерила и контроль возможны лишь в центральной организации, в которую другие единения соподчиненно вошли бы на основах культурного сотрудничества.

С такой целью Н.К.Рерих основывает Всемирную Лигу Культуры, всеобъемлющий сотруднический союз, где объединились бы все культурные, научные и художественные общества и учреждения каждого народа, а также и отдельные личности, работающие в пределах культурных путей, не теряя, конечно, при этом объединении своих индивидуальных целей и свободы развития. Лига Культуры – «как бы обширнейший Храм, в котором каждый стремящийся к Общему Благу и к усовершенствованию жизни находит себе место» (Е.И.Рерих). Так уже все многочисленные общества, группы, содружества и учреждения в разных странах, объединившиеся около имени Рериха, представляют из себя части Всемирной Лиги Культуры.

Таким образом, все деятели культуры жили бы в сотрудничестве, как единая семья, и так стократно способствовали бы расцвету своего народа, между тем как теперь во многих странах весьма часто бывают случаи, когда культурные общества действуют наперекор друг другу. В каждой стране создался бы могучий центр культуры, который регулировал бы и продвигал культурное сознание страны и который придал бы ему новую жизнь, красоту и побуждения.

Приведем здесь устав Всемирной Лиги Культуры, представляющий истинно знаменательное начертание для грядущего – свободно содружественного, но подчиненного культурному водительству объединения всех созидательных сил народа.

* * *

Во имя истинного мира. Во имя объединения культурных сил. Во имя охранения творческих сокровищ человечества от темных сил разрушения. Во имя просвещения народного учреждается Лига.

  1. Всемирная Лига Культуры есть кооперативное объединение научных, художественных, промышленных, финансовых и прочих учреждений, обществ и личностей, работающих в пределах культурных путей.
  2. Организации, общества и другие коллективы вступают в Лигу на автономных началах, не теряя ни своей индивидуальности, ни наименования, но для взаимопомощи в различных сферах общения.
  3. Все организации, вступившие в Лигу, посылают своего избранного представителя в Совет Лиги. Таковые Советы имеются в каждой стране и могут, в случае надобности, выделять из своего состава комиссии по специальным вопросам.
  4. Председатели отделов Лиги образуют Верховный Совет под председательством Верховного Президента. Представители отделов сносятся или через Верховного Президента, или непосредственно, препровождая копию сношения в секретариат Верховного Президента.
  5. Для обсуждения вопросов общего значения могут быть созываемы общие или частичные конференции, на которые могут быть приглашаемы, по постановлению местного Совета, также учреждения и лица, не вошедшие в Лигу, но могущие оказать помощь делу Культуры своими познаниями.
  6. Выступления Лиги могут быть или совершенно самостоятельны, или в сотрудничестве с одним из вошедших в Лигу учреждений. В последнем случае в объявлениях помещаются кооперативно оба действующие учреждения. Во всяком случае, Лига есть начало способствующее, но ни в коем случае не препятствующее и не стесняющее.
  7. Верховный Совет Лиги или собирается по приглашению Верховного Президента, или члены его сносятся между собою (за дальностью расстояний) письменно о всех мероприятиях во имя и на процветание Культуры как основы человеческого прогресса.

Лига Культуры разделяется на десять секций: они обнимают все те отрасли жизни, которые стремятся поднять прогресс человечества. Программа Лиги Культуры оттого весьма обширна: она охватывает полифоническое течение всей жизни. Здесь есть секция мира, которая способствовала бы утверждению идеи мира и охране культурных ценностей. Далее – секция духовного совершенствования, которая охватила бы философско-религиозные общества и давала бы импульсы духовному продвижению народа. Научная секция заботилась бы о популяризации новейших научных достижений и претворении их в жизненные формы. Секция искусства пыталась бы сделать красоту смыслом и содержанием жизни. Секция материнства и воспитания укрепила бы в сознании святость материнства и возвела бы на престол царственного спасителя будущего – ребенка.

Задача Лиги Культуры столь величественна: построить жизнь общественную в гармоническую систему, согласовать сотрудничество духовных и материальных ценностей, широко сеять образование, возвысить качество труда и творческий инстинкт.

* * *

 «В широком размахе Лига Культуры должна способствовать всему прекрасному, всему познавательному. Из нее должно исходить облагораживание юных поколений, сердца которых в существе своем всегда звучат на героизм подвига».

В своих произведениях Н.К.Рерих часто упоминает Лигу Культуры, в которой объединились бы воистину все импульсы и силы красоты и знания. Рерих понимает, что именно в наши дни для спасения человечества более всего надобна централизация и система во всех областях культуры. Если благая, авторитетная центральная власть необходима для каждого народа и для всей нашей планеты, то такая власть необходима и для культуры и ее факторов.

Женщина и Культура

Когда основания Культуры подвергаются опасности, когда тело и дух человеческий встревожены и покрыты кровоточащими ранами, тогда над взбудораженными стихиями снова подымается тихая, чудесная сила, назначение которой – исцелять человека, измученного диссонансами и безумием, и вести его к разуму сердца легкими касаниями духовности. Эта сила – Вечно Женственное. Когда в доме трудно, тогда обращаются к женщине, которая сама окрещена огнем страданий. Когда миру трудно, обращаются к женщине, сердце которой поймет также боль о ранах культуры и духа. Такой величественный гимн непреложной духовной мощи женщины, женской миссии, Николай Рерих излагает в своем письме «Женскому Сердцу» – Федерации женских клубов в Америке, представляющей более чем три миллиона женщин:

«Когда более не помогают расчеты и вычисления, когда вражда и взаимное разрушение достигают пределов, тогда приходят к женщине. Когда злые силы одолевают, тогда призывают женщину. Когда расчетливый разум оказывается бессильным, тогда вспоминают о женском сердце. Истинно, когда злоба измельчает решение разума, только сердце находит спасительные исходы. А где же то сердце, которое заменит сердце женское? Где же то мужество сердечного огня, которое сравнится с мужеством женщины у края безысходности? Какая же рука заменит успокоительное прикосновение убедительности женского сердца? И какой же глаз, впитав всю боль страдания, ответит и самоотверженно, и во Благо? Не похвалу женщинам говорим. Не похвала то, что наполняет жизнь человечества от колыбели до отхода. “Кому же давали венки? Издревле венки давались героям и были принадлежностью женщин. И женщины древности в гадании снимали эти венки и бросали их в реку, при этом всегда думая не о себе, а о ком-то другом”. Если венок-венец есть символ геройства, то именно – запечатление этого геройства, когда он снимается во имя чего-то или кого-то другого. И это не только бездеятельное самоотвержение. Нет, это действенный подвиг! И опять не будет похвалою, но действительностью, когда мы сопоставляем женщину с подвигом.

Ушло средневековье с унижением и умалением женского достоинства. Люди опять осознали грядущую эпоху Матери Мира. И опять меч подвига в руке Жанны д’Арк. И опять сияние, но не зарево костра, а пылание сердца. Сколько тьмы, сколько уродливых порождений злобы и невежества сожжет это сердце пылающее! Сколько пошлости, сколько безумных умалений достоинства человеческого сметет луч сердца женского, осознавшего венок-венец, ей врученный. Когда мы говорим о Культуре, разве мы не имеем в виду прежде всего женщину, которая неудержно, широко понесет Знамя утонченной возвышенной Культуры во все концы, от колыбели до трона...

Ваше трехмиллионное воинство женское одобрило и приняло наше Знамя Культуры и Мира. Сердце женское живет не одними словами, но подвигом. Так было во всей истории человечества. Потому понимаем, что, одобрив и приняв Знамя Культуры и Мира, женщины и понесут его так же действенно, как может пылать священным огнем женское сердце.

Не только благодарить хочу Вас, женщины, – воинство Матери Мира, за принятие Знамени Культуры и Мира. Но настоящим хочу отметить исторический факт, как три миллиона женщин Америки поняли и приняли Знамя Культуры, как нечто неотложное и нужное во общее спасение и воссоздание традиций Света и Красоты...

Именно женщина от очага до правительства насаждает основы Культуры. Первое слово о Культуре ребенок, в той или иной форме, услышит от матери. <...> Именно женщина наиболее самоотверженно, без личного эгоистического начала вносит культурные основы в строение как своей малой семьи, так и великой семьи народов» («Твердыня Пламенная»).

Воистину, именно хрупкая, белая, самоотверженно прекрасная рука женщины подымет Знамя Культуры и Мира на такую высоту, что его не коснется больше мелочное дыхание отрицателей духа. Именно свет прекрасно чуткого женского сердца очистит ржавчину тьмы с оснований культуры.

В другой своей статье «Стража Матери Мира» – в письме к Федерации женских клубов штата Нью-Йорк, которая тоже примкнула к Знамени Мира, Рерих пишет:

«Да, воспитание всех народов в истинной культуре совершится под Знаменем Мира, ибо Мир и Культура нераздельны. Кто же, как не женщина, внесет в дух человеческий высшее понятие Культуры? <...> “Перечисляя подвиги женщин, мы напишем историю всего Мира. Перечисляя экстазы озарения, мы перечислим глаза женщин. Изучая сотрудничество, мы увидим руку женщины”. Подвиг, вдохновение, сотрудничество – все эти сокровища женщина приносит Культуре».

Учения Востока свидетельствуют, что ныне наступает эпоха Матери Мира, новая, озаренная Эра Духа – эпоха женщины, когда разрешение судьбы нашей планеты будет дано и в руки женщины, когда женщине будет принадлежать одухотворенная роль в очищении и гармонизации старых ценностей и в созидании новых. Также и Рерих, глубоко уважая женщину, убежденно верит в возвышенную миссию и громадное значение ее в будущем. Страницы, на которых Рерих высказывает свое исповедание Вечной Женственности, напоминают нам экстатические рифмы Данте и Райниса или же пророческие строки Достоевского: «На русскую женщину мы возлагаем все свои надежды, от нее низойдет духовное возобновление и нравственный подъем нашего общества».

В своем «Обращении к женщинам», выражая радость по поводу основания Единения женщин, Рерих говорит:

«Кто же, как не женщина, должна сейчас восстать и объединиться во имя Культуры и Прекрасного? Ведь именно женщине было суждено первой благовестить о Воскресении. Под многоразличными покровами человеческая мудрость слагает все тот же единый облик Красоты, Самоотверженности и Терпения. И опять на новую гору должна идти женщина, толкуя близким своим о вечных путях».

«Сестры Золотой Горы – скажут на Западе. Сестры Алтая – скажут в Азии. Матери, жены, сестры, возлюбленные – все это запечатлевается поверх наречий и границ земных. Еще раз в этом единении нам покажется единый смысл Красоты и единым покажется подвиг, единою – всесвязующая и дающая силы Благодать...

Женщины, ведь вы соткете и развернете Знамя Мира. Вы безбоязненно станете на страже улучшения жизни. Вы зажжете у каждого очага огонь прекрасный, творящий и ободряющий. Вы скажете детям первое слово о красоте. Вы научите их благословенной иерархии знания. Вы скажете малым о творчестве мысли. Вы можете уберечь их от разложения и с первых дней жизни вложить понятие героизма и подвига. Вы первые скажете малым о преимуществе духовных ценностей. Вы произнесете священное слово “Культура”.

Великое и прекрасное дело заповедано вам, женщинам!

Привет и поклон вам!»

Как величавый пример женщины будущего, истинный образ женственной красоты, одухотворенности и самоотвержения, женщины, достигшей широкой амплитуды духовности, гармонии сердца и ума, сияние мудрости духа которой охватывает горизонты Новой Эпохи, нужно упомянуть Елену Ивановну Рерих. Вдохновение ее духа ощущается сквозь весь ритм труда Музея и обществ имени Рериха. Она основала при Центре Музея Рериха Всемирное Единение женщин «с целью дать женщине ее настоящее место в Эре Великой Матери». В широкообъемлющей программе этого Единения Е. И. Рерих начертала столь величественные задания женщине: «Цель Единения женщин – объединить женщин, тех женщин, которые чувствуют необходимость наполнить течение жизни истинной культурой и духовностью. Они суть те, которые должны нести знамя самопожертвования и красоты; они суть те, которые должны показать человечеству пример истинного сотрудничества; они суть те, которые должны поднять Знамя Великого Сердца Матери Мира».

Итак, цель Единения женщин – объединить всех женщин мира, чтобы они осознали и пробудили свои могучие духовные силы и осуществили свою истинную миссию. Цель Единения – пробуждать человеческое сознание, чтобы женщина получила возможность в гармонии и дружестве сотрудничать с мужчиной в семейной и общественной жизни, а также чтобы женщина во всех правах уравнялась с мужчиной. Причина грозного современного человеческого бедствия и разновесия мира в том, что человечество забыло великий Закон Космической Гармонии, что не уравновешены оба великих Начала – основания этого Закона – женское и мужское. До сих пор в мире властвовал агрессивный мужской принцип, который устремлялся к войнам и власти, который слишком мало прислушивался к одухотворенному любовью и трепетом чуткости голосу женского сердца. Этот сокровенный, воспитанный в страданиях и самоотверженности голос всегда знал путь истинного знания, истинной красоты и духовности, но до сих пор ему нелегко было выявиться и он часто подавлялся предрассудками общества и потемками социального ограничения. И все же лучшему, что мужской принцип создал в истории человеческой культуры, импульс в большинстве случаев дала женщина. Но женщина должна очистить и самое худшее в мужском сознании. Женщина теперь должна сознательно подойти к своему высшему назначению: она должна пересоздать, перевоспитать мужчину, она должна восстановить потерянное равновесие мира. Ведь дитя – наиболее чудесное и возвышенное утреннее приветствие – в руках женщины. В ее руках будет всё человечество и вся культура, лишь только она осознает свою великую мощь и миссию. Женщина должна возжечь огонь своего сердца в сиянии и поставить сердце как учителя и спасителя. Она должна научить также и мужчину слушаться не интеллекта, но голоса своего чистого сердца – этого синтеза рассудка и чувств.

Воистину, всё человечество и наша планета преобразились бы, если бы оба начала сотрудничали совместно, с полным сознанием работая во благо человеческой эволюции, одухотворяя и вдохновляя друг друга, если бы женщина дала мужчине нежность и красоту своего сердца, свою жажду самопожертвования и желание служить, а мужчина, со своей стороны, одарил бы женщину большим дерзновением, силой и устремлением к познанию. Новая эпоха Матери Мира должна наступить вместе с человеческим равновесием и справедливостью, и близость этой великой гармонии мы уже чувствуем.

Кончим призывом огненного сердца Елены Ивановны Рерих:

«В тяжкие дни космических катаклизмов и человеческого разъединения и дегенерации, забвения всех высших принципов бытия, дающих истинную жизнь и ведущих к эволюции мира, должен подняться голос, призывающий к воскрешению духа, к внесению огня подвига во все действия жизни, и, конечно, этим голосом должен быть голос женщины, испившей чашу страдания и унижения и закалившейся в великом терпении.

Пусть теперь женщина – Матерь Мира – скажет: “Да будет Свет!”

Каков же будет этот Свет и в чем будет заключаться огненный подвиг? – В поднятии знамени Духа, на котором будет начертано – Любовь, Знание и Красота.

Да, лишь сердце женщины-матери может собрать под это знамя детей всего мира, без различия пола, рас, национальностей и религий.

Женщина – мать и жена, свидетельница развития мужского гения, может оценить всё великое значение культуры мысли, знания.

Женщина – вдохновительница Красоты знает всю силу, всю синтетическую мощь Красоты.

Итак, немедленно приступим к несению Великого Знамени Новой Эры, эры Матери Мира. Пусть каждая женщина раздвинет пределы своего очага и вместит очаги всего мира. Эти многочисленные очаги укрепят и украсят ее очаг.

Будем помнить, что каждое ограничение ведет к разрушению и каждое расширение даст созидание. Потому всеми силами устремимся к расширению нашего сознания, к утончению нашей мысли и чувствований, чтобы этим огнем зажечь наши очаги».

РЕРИХ КАК ПИСАТЕЛЬ И ЛИЧНОСТЬ

Говорят, что, когда при стремительной игре у Паганини порвались струны, всё музыкальное произведение он сыграл на единственной оставшейся. Точно так же и на космическую Гармонию можно отзвучать одной струной. Ведь есть люди, звучащие только одной или двумя струнами, и все же – прекрасно.

«Один играет на двенадцати струнах; другой создает тот же лад на четырех; кто-то ограничивается двумя, создавая из них многозвучия. Не все ли равно, сколько струн нужно для кого-то для благозвучия. Главное, чтоб оно состоялось. Не будем удивляться и судить разнообразие. Не найдем даже двух песчинок сходных. Наоборот, будем радоваться каждому необычному подходу». Так о гармоническом звучании духа говорит Учение Живой Этики.

Когда мы думаем о Николае Рерихе, мы вспоминаем о додекаэдроне личности, охватывающем все двенадцать аспектов бытия, позволяющем звучать могущественно и прекрасно всем двенадцати струнам, которые полифонической полнозвучностью и чуткостью стремятся откликаться на все тончайшие, духовные космические вибрации и полутона.

Универсальность духа и синтез творческих импульсов – таков размах способностей Николая Рериха. Мы знаем его как живописца, организатора – строителя, вождя культуры и вестника мира, как археолога и историка, путешественника и воспитателя, но во всем этом он предстает как творец – созидатель Красоты. Но и это не предел духовной сущности Рериха: в универсальное его звучание включены еще несколько широких, сильных тонов.

Николай Рерих является выдающимся писателем, публицистом и поэтом. Еще до мировой войны мы могли ознакомиться с его очерками и заметками по вопросам искусства и науки, собранными в первом томе собрания сочинений. Литературный стиль Рериха весьма своеобразен; он бывает то чеканным и лаконичным, то темпераментным и суровым, и вновь – нежным и овеянным мягким лиризмом, как и сама русская природа. После войны, обычно раз в два года, Рерих издает по значительной книге на русском или английском языке, и теперь мы имеем уже целый чудный венок созвучий.

В этой сюите, во-первых, «Пути Благословения» (местами эта книга перекликается с изданным на английском в 1924 году «Адамантом») – сочинение, насыщенное евангельской, всепоглощающей верой в безграничную власть искусства и конечную победу красоты и знания. Здесь раздается и другой мощный аккорд – искусство для всех! Издатели этой книги очень сердечными, пророческими словами провожают ее в мир на служение человечеству:

«Н.К.Рерих через бури разрушения, через тьму непонимания и через стены вражеских препятствий проносит в Будущее не расплесканную чашу Красоты и Мудрости. И тем самым он становится одним из величайших духовных вождей современности, к голосу которого с особой чуткостью должны прислушиваться молодые поколения».

Затем следуют три уже упомянутые книги – записки о путешествии по Азии: «Сердце Азии», «Шамбала», «Алтай – Гималаи».

«Держава Света» (1931) – это воистину документ высочайшей терпимости, доброжелательства и дружелюбия. Существует ли еще в мировой литературе книга, вместившая на своих страницах в таком широком размахе искреннюю устремленность к Свету, Культуре, Красоте и сумевшая синтезировать всё в единое целое? Эта книга, утверждающая положительные, творческие побуждения в человеке, приветствует каждую искорку света в нем, пытаясь уберечь ее и раздуть еще ярче. Это поистине значительная, сияющая духовным напряжением книга, укрепляющая Культуру, поднимающая высоко священное Знамя Культуры и стремящаяся и других приобщить к возвышенному труду ради Культуры, к служению ей. В «Державе Света» собраны главным образом приветствия, направленные более чем сорока организациям, посвятившим свою деятельность искусству и идеям Рериха. Как много народов, людей, городов проходят здесь перед нашими глазами, и в каждом Рерих способен увидеть и утвердить нечто особенное, национально яркое и сильное. Там упомянута и Латвия, о которой у Рериха самые светлые воспоминания, «Рига так и осталась прежде всего одухотворенной величественным Собором». В Риге он часто ходил в собор Святого Петра слушать молитву Духу – игру замечательного, но неизвестного органиста. В этой книге – Франция и Финляндия, Южная Африка и Америка, Япония и Шантиникетан Рабиндраната Тагора. Здесь и строки, посвященные памяти ушедших из жизни художников. Здесь можно найти по-отцовски сердечные, сильные слова, требующие охранять ценности культуры, беречь и любить Красоту, как свою вечную родину. Это книга единства всего мира, которая объединяет и синтезирует все проявления жизни, ибо, по сути, «Держава Света» – это сердце, благозвучное, светлое сердце, вмещающее, утверждающее и любящее всё, что отражает сияние Великого Света.

«Твердыня Пламенная» (1933) – продолжение предыдущей книги, чуткое и сильное ее завершение. Большинство статей здесь написано с таким пламенем вдохновения, чеканной краткостью свежего звучания мысли, и весьма часто – с такой крылатой поэтической силой, что эту книгу можно читать и просто как подлинно художественное произведение. «Твердыня Пламенная» – одно из евангелий, благая весть Николая Рериха, вождя культуры. Книга эта посвящена «твердыне огненной» – Культуре: она проясняет основополагающие пути восприятия Культуры, выявленной в красоте, знании, духовной эволюции и мире. Очерки в этой книге – озаренные гимны мощной, объединяющей силе культуры, украшающей проявления жизни и одухотворяющей человеческие отношения. В эволюционном прибежище культуры укрывались благороднейшие поколения людей, и спасительная миссия культуры приближает человечество к лучшему будущему. Здесь помещены философские циклы статей о «твердыне пламенной» и «острове слез», о культуре и национальных особенностях, о легендах, о Знамени Мира и Красоте, приведены многочисленные приветствия. Воистину, и нам вместе с издателями следует пожелать, «чтобы эта светлая весть мира, труда и красоты зажигала юные сердца».

Когда мы созерцаем колорит картин Николая Рериха, легкость и мелодичность его линий, когда созвучим ритму слов, зажженных его сердцем, то, конечно, мы не можем представить, чтобы он не был и поэтом. Кто читает и углубляется в его «Цветы Мории» (1921), поражается тому же прозрачному аромату символов, той же свежести красок и привлекательности, песни трепетного дуновения духа и космичности чувств, что присущи его картинам. Здесь нет блестящей техники и переплетения мелодий, но – захватывающая простота, естественность и свет души, здесь каждое слово как краеугольный камень строения – с великим значением и весом. Своим первозданным, свежим, озаренным мыслью ритмом Рерих производит на духовно настроенного человека гораздо большее впечатление, нежели многие изысканные созвучия терцетов, триолетов или сонетов. Не случайно Леонид Андреев, превознося стихи Рериха, назвал их «северным сиянием», а Максим Горький – «письменами», считая его величайшим интуитивистом современности. Стихи Рериха воистину навеяны тихим интуитивным трепетом ощущений, в них раскрываются великие глубины души и ее отношения к внешнему миру, Космосу и Учителю. Поэт ищет священные знаки, везде и повсюду замечает отблески Несказуемого. Среди красоты мира он собирает в своем сердце священную росу духа, чтобы когда-нибудь она вспыхнула Чашей Грааля. Это можно сравнить с паломничеством, проходящим сквозь внешнюю поверхность мира вещей в царство тончайших вибраций. Это – великое «ликование рождению света», звучащее в стихах Рериха. Какой космически преображенной, исполненной сияния кажется ему природа, когда к ней прикасается Солнце – источник всего света, красоты и знания: даже былинка у дороги кажется словом из книги жизни, мудро наставляющей вечной радости:

ВЕСЕЛИСЯ!

За моим окном опять светит

солнце. В радугу оделись все

былинки. По стенам развеваются

блестящие знамена света. От радости

трепещет бодрый воздух. Отчего

ты не спокоен, дух мой? Устрашился

тем – чего не знаешь. Для тебя

закрылось солнце тьмою. И поникли

танцы радостных былинок.

Но вчера ты знал, мой дух,

так мало. Так же точно велико

твое незнанье. Но от вьюги было

все так бедно, что себя ты

почитал богатым. Но ведь солнце

вышло для тебя сегодня. Для тебя

знамена света развернулись.

Принесли тебе былинки радость.

Ты богат, мой дух. К тебе

Приходит знанье. Знамя света

над тобою блещет!

Веселися!

Бывают мгновения, когда путник, искатель священных знаков, доходит до порога, за которым наконец видит сверкающие долгожданные знаки, и дух его расцветает подобно лотосу, всеми лепестками, лучами огненного венка. Там, внизу, – шум жизни, борьба и страдания. Там стесняют границы, оковы форм душат жаждущий дух. Там зной дня и грусть вечера. Здесь – священный предрассветный час. Здесь – великая свобода и великая тишина.

...Братья, встанем мы рано.

Так рано, когда еще солнце

не выйдет. Когда восток

зажжется ярким сияньем.

Когда проснется только земля.

Люди еще будут спать.

Освобожденными, вне их забот,

будем мы себя знать. Будем

точно не люди. К черте подойдем

и заглянем. В тишине и молчаньи.

И нам молчащий ответит.

...Брат, покинем

все, что меняется быстро.

Иначе мы не успеем

подумать о том, что

для всех неизменно. Подумать

о вечном.

...Мы долго сидели вне

мира...

Но еще не выполнен долг на земле. Вновь духу следует спуститься в объятия земных пределов. Вновь рука должна взять меч. Вновь уму приказано постичь план боя. Еще в сознании своем народы должны победить ужасные тени. Еще на лад духовный следует настроить звучание тональности человечества.

* * *

Широкая, многогранная тональность личности Николая Рериха все же не была бы столь мощной, если бы она не окрашивалась, не углублялась неким чудным, возвышенным основополагающим тоном.

Этот тон – Рерих как человек; Рерих как великий дух. Воистину, только личность симфонического, мощного звучания способна возвести строение культуры, наделенное такой великой красотой, как это сделал Рерих, – строение, всеобъемлющее по своей структуре, симметрии во всех своих пропорциях, как в линиях, так и в красках, и даже в нежных утонченных нюансах слов. Рерих, несомненно, человек всеобъемлющего сердца, способный внимать вопросам творческим и одновременно быть успешным в жизненных, практических начинаниях, организационных проблемах, а также в культуре, осознании красоты, в философии и поэзии. Такая гармония личности Рериха – результат согласованности его духовных центров, наполнения их светом, о чем сам Рерих упоминает в своих статьях. Дисциплина души и равновесие духа как в удаче, так и в неудаче приводят в изумление каждого, кто знаком с Рерихом. Только полнозвучному сердцу может принадлежать это «редчайшее свойство – признавать все пути, ведущие к Прекрасному». О великом его терпении мы уже говорили. Из уст Рериха никогда не звучала острая критика или слово осуждения по отношению к любому деятелю культуры. Именно, даже своего противника он поддерживает, если тот идет положительным путем. Он знает, что враги – это препятствия, неизбежные на нашем пути к Свету. «Похвала врагам» – так названа одна из его статей. Даже к несусветной лжи и клевете, которые иногда обрушивала на него пресса, Рерих относится стоически и весьма снисходительно. Но такое отношение нисколько не уменьшает его великую духовную активность. «Противься злу всеми силами духа!» – таков его девиз. «Создай благо, как противовес злу». «Нужно найти силы духа превозмочь боязнь, свойственную непротивлению злу. Так пусть готовятся к противостоянию злу».

О других свойствах характера Николая Рериха можно послушать, что говорит Жан Дювернуа:

«Помню, как однажды пришлось услышать от одного из членов совета Школы Общества поощрения художеств о находчивости Рериха в трудных вопросах: “Мы всегда говорили про него – Рерих уж как-нибудь да вывезет; а через несколько часов явился улыбающийся Рерих и сообщил о благополучном разрешении всех трудностей”. Помню, как однажды Рерих был приглашен экспертом в многомиллионном финансовом вопросе, и его решение было признано наиболее правильным всеми банковскими главами, хотя на первый взгляд и поразило своею необычностью. Это качество необычности подходов и решений очень характерно для жизненной стратегии Рериха. “Прекрасный девиз бойскаутов – «всегда готов»”, – заметил как-то Рерих. Постоянная готовность также является отличительным свойством Мастера. Мастерство искусства жизни позволяет Рериху сделать столько, сколько он смог уже запечатлеть. Не раз приходилось видеть, как он, работая над картиною, в то же время диктовал важное воззвание или, диктуя документ, поддерживал два разговора. Когда его спрашивали, как он вмещает это, ответ был – “Очень просто!”»

«Синтез, неукротимое устремление в будущее, отклик на все явления жизни, пытливая внимательность ко всему происходящему и творчество, творчество, без преувеличения, днем и ночью – вот основные черты Рериха с самого детства... “Maestoso” и “accelerando” наиболее характерны для духовного склада Рериха».

«Рерих воистину являет пример неустанного творчества и героического настроя непрестанной деятельности; творческий труд преображает его будни в “сияние творческого праздника”, лучший его отдых – перемена труда. Когда я думаю об усталости в работе, как благородное ободрение в моем сознании немедленно звучат слова Рериха: “Если ты устал – начни еще. Если ты изнемог – начни еще и еще. И как щит любовь призови!”»

Рерих прекрасно понял «значение ритма, как внутреннего динамо нашего труда»: он работает в непрерывном, одухотворенном ритме, потому способен свершить так много.

Однако творить возможно только тогда, когда осознаешь Центр и разворачиваешь вокруг него всю деятельность, как вокруг космической оси или солнца. Творить по-настоящему можно только в том случае, если знаешь, во имя кого творишь, – тогда сам труд становится легким и вершится с улыбкой, тогда все трудности и страдания отступают и закрытые врата открываются сами собой. Сердце Рериха этот Центр знает: для него это – Беспредельная Иерархия Света. Для него это Учитель – Космический Маяк, освещающий пути жизни, Дирижер, возвышающий весь ритм его жизни и деятельности в звучании дальних миров.

СВЕТ

Как увидим Твой лик?

Всепроникающий Лик,

глубже чувств и ума.

Неощутимый, неслышный,

незримый. Призываю:

сердце, мудрость и труд.

Кто узнал то, что не знает

ни формы, ни звука, ни вкуса,

не имеет конца и начала?

В темноте, когда остановится

все, жажда пустыни и

соль океана! Буду ждать сиянье

Твое. Перед Ликом Твоим

не сияет солнце. Не сияет

луна. Ни звезды, ни пламя,

ни молнии. Не сияет радуга.

Не играет сияние севера.

Там сияет Твой Лик.

Все сияет светом его.

В темноте сверкают

крупицы Твоего сиянья

И в моих закрытых глазах

брезжит чудесный твой

свет.

Таким образом, Николай Рерих, творя в созвучии с высшим центром и фокусом, созидает всё по определенному, строгому, ритмичному плану, согласуя свои замыслы с Космическим Советом. Именно поэтому Рерих неустанно достигает высших жизненных ценностей. Именно поэтому его великий труд строительства ступеней храма никогда не знает конца. Именно отсюда его колоссальная энергия, с которой он шаг за шагом завоевывает сужденное. Ибо его сознание черпает силу из Солнечного Сознания Центра. И замыслы его устремлены навстречу новому человечеству, ему он посвящает все силы сердца.

Потому такой бодрый энтузиазм звучит в жизни и деятельности Рериха. Духовная радость и радость о духовном – единственная радость Рериха. Проходить жизнь облаченным в доспехи Света – счастье Рериха. «Жить в плоти – значит затемнять и осуждать, и невежествовать, и удлинять путь... Во имя близких мы не должны нарушать ритм волн света... Надо светиться, надо рождать и усилять свет сердца».

Так ритм жизни Рериха обретает небывалую величественную мощь и напряженность. Ибо только в напряжении загорается сердце, только в сосредоточении духа рождается красота.

Лишь творчество и созидательная жизнь могут дать расцвет дружелюбию и любви. Каждый истинный творец способен любить и понимать, как мать понимает и других матерей, любит и других детей. Творческий человек знает, что «Поверх всякой любви есть одна общечеловеческая Любовь. Поверх всяких красот есть одна красота, ведущая к познанию Космоса». В этом пламени человеколюбия и рождаются у Рериха мечты о будущем.

Мечтать для Рериха значит идти по высотам, ибо с горных вершин лучше видно будущее, с гор легче вести человечество ввысь. И еще мечтать для Рериха значит вершить конкретные дела во благо грядущего человека.

«Дерзнем! Не убоимся мечтать в высоте. С горы – виднее.

С гор – скрижали Завета.

С гор – герои и подвиг.

Мечта светоносна.

Пламенная мечта – порог Благодати.

Огнь и мысль. Пламенны крылья Софии – Премудрости Божией».

Если хочешь быть достоин имени человека, иди в горы по тропам великих идеалов. «Мечта о будущем есть первое отличие человека от животного». На этом зиждется великий оптимизм Рериха: именно будущее для него – великое воплощение сокровенных мечтаний. «Если в прошлом не всё было хорошо, перенесем все наше сознание в будущее и сделаем его светлым, и это – в руках человека». Даже в минуты тяжелейших страданий Рерих мужественно преодолевает все бури и направляет течение жизни в русло своих замыслов. «Прошлое – ничто перед будущим».

К великой симфонии будущего, подобно стреле, летит жизнь Рериха. Своим внутренним взором он видит весну нового человечества, зарю повой эпохи, когда человек сможет полнозвучно выявлять присущие ему высшие способности, когда все духовные центры расцветут во всей своей красоте. Он предчувствует конечную победу человеческого духа, начало эпохи его полной свободы, ощущает приближение истинного братства человечества – единства в содружестве народов и рас, Запада и Востока, поверх безумия современного человека и всех катастроф, в которых тонет уходящая темная эпоха. Сердце Рериха устремлено к великому, озаренному провидческому синтезу, к единству всех ценностей и гармоническому взаимодействию духа и тела.

Николай и Елена Рерих, воистину, возрождают героическую эпоху на земле – всем своим существом, трудами и самим своим бытием они принадлежат Будущему Миру, героическому времени огненных созвучий света.

Рерих стоит на вечном неусыпном дозоре Культуры. Ради культуры человечества он возвышал свою жизнь, ради утверждения культуры он прошел континенты и океаны, многократно поднимался на вершины гор, пылал, мечтал, впитывал все вдохновенные звуки мира, космические вибрации и вновь и вновь стремился настроить на новый лад, одухотворить бытие людей. И, воистину, недалек тот день, когда пламенные мечты Рериха сбудутся во всечеловеческом масштабе, когда все народы, всё культурное строительство и творчество объединятся под Знаменем Культуры, под Знаменем Мира.

Только пламенное сердце может победить, только огненный дух, прокладывающий дорогу к абсолютному служению поверх человеческих предрассудков и препятствий, чинимых тьмою низких сознаний, может указать путь. И не случайно многие выдающиеся деятели считают Рериха одним из величайших духовных вождей нашей эпохи. Ибо Рерих воистину объединяет в себе в полной мере принципы водительства: горение духа и самопожертвование.

Фотографии и репродукции

Фотографии предоставлены Музеем Николая Рериха в Нью-Йорке.

Николай Константинович Рерих.

Николай Константинович Рерих.

Нью-Йорк. Июнь 1929 – апрель 1930 гг. (или 1922–1924).

 

Елена Ивановна Рерих.

Елена Ивановна Рерих. Кулу, Индия. 1937 г.

 

Николай Константинович Рерих. Кулу

Николай Константинович Рерих.

Кулу, Индия. 1937 г.

 

Подписание Пакта Рериха Подписание Пакта Рериха Франклином Д. Рузвельтом и представителями государств Американского континента в Белом Доме (Вашингтон).

15 апреля 1935 г.

Сидят: в центре Ф.Д.Рузвельт, справа Г.Э.Уоллес. Первая справа стоит 3.Г.Лихтман (Фоздик).

 

Николай Рерих. Pax Cultura

Николай Рерих. Pax Cultura. 1931

 

 София–Премудрость

Николай Рерих. София–Премудрость. 1932

 

Мадонна Орифламма

Николай Рерих. Мадонна Орифламма. 1932

 

Sancta Protectrix

Николай Рерих. Sancta Protectrix. 1933

 

Примечания

[1] Карлис Ульманис – президент Латвии с 1934 г.

Вильгельм Мунтер – министр иностранных дел.

[2] В своих письмах Р. Рудзитис называет книгу "Николай Рерих - Водитель Культуры".

[3] Dies irae (лат.) - день гнева.

[4] Пылающее сердце (лат.).

[5] искусство ради искусства (франц.).